Девочка Рустама

Не ругаться и не просить, а хлопать дверью и искать другого врача. Но безвыходность заставила остаться и слушать ее бестактные вопросы про аборт.

Каждое действие доктора сопровождалось вопросом, хорошо ли я себя чувствую.

— Можете одеваться, Полина, — строго кивает доктор Беляева.

Я спускаюсь с кресла и растерянно одеваюсь, пока женщина ждет меня в кабинете, выписывая кучу бумажек.

— Я провела осмотр с целью, прежде всего, оценить ваше состояние. Вы жалуетесь за утомляемость, боли в животе, токсикоз, головокружение… Полина, у вас есть небольшое воспаление в левом яичнике, которое необходимо непременно вылечить в вашем положении, — нахмурилась доктор, не переставая что-то размашисто черкать в моей карточке.

— В моем положении? — уточняю хрипло, отказываясь в это верить.

Одно дело тест и задержка в два месяца, другое — услышать вердикт прямо здесь и сейчас.

— Вы беременны, Полина. Поздравляю вас.

Ноги не держат, вынуждая меня сесть на стул. Доктор внимательно смотрит мне в глаза и следом уточняет, все ли хорошо.

А я не нахожусь ответом, переваривая эту новость.

Я — беременна.

— Я буду следить за ходом вашего лечения, и, что немаловажно, мы будем наблюдать за развитием плода, чтобы все прошло без осложнений, которые, к сожалению, у нас уже имеются.

— Спасибо… — растерянно шепчу я, принимая многочисленные указания и направления на анализы.

— Вы переутомлялись за последнюю неделю?"

"Я задумываюсь. За последнюю неделю в моей жизни произошло многое: у меня пропал брат и, в связи с этим, Рустам несколько дней держал меня на яхте, с борта которой я едва не упала, затем Рустам привез меня в подвал, где я увидела измученного брата, и после этого, кажется, мне стало хуже.

Затем нервный срыв, метание посудой в Басманова, незакрытая сессия, денежные проблемы, а следом Карина и ее угрозы…

Кажется, что да — я немного переутомилась за последнюю неделю. Самую малость.

Неужели после этого всего я еще жива?

— Я вас поняла, — голос Беляевой стал недовольным, словно она все эти страсти прочитала по моему лицу, — так нельзя, Полина.

В связи с тем, что первая беременность у вашей мамы протекала также с осложнениями, у вас может быть добавлен хронический аспект. Вам нужен покой.

На этом, предварительно спросив меня, женщина разрешает Басманову войти. Сердце несносно громыхает в груди, когда Беляева все это вновь повторяет уже Рустаму.

— Только покой. Никаких нервов. Путешествия ограничить по максимуму, — дает указания женщина.