Девочка Рустама

И сам направляет меня вниз, на себя. Игнорируя все последующие трели звонка.

Глава 39

Рустам поначалу пытался остановить это безумие. А затем сразу же себе сдался. Сам заставил меня опуститься. Потянул вниз, на себя, на свой огромный орган. Жестко и грубо, оставляя следы моем на теле.

При этом оставаясь нежным. Так еще никогда не было. Это другой Рустам.

К такому мужчине легче привыкнуть. С ним можно быть… когда он спасет Максима.

— Что у тебя за выходки такие, родная… — прошептал Рустам хрипло, вцепляясь пальцами в мои ягодицы.

— Не нравится? Я могу остановиться…

— Нет! Двигайся, двигайся, моя девочка… — велит он.

В дверь вновь раздается звонок.

Который мы вновь игнорируем. Он где-то далеко и оттого кажется неважным. Мы заблудились друг в друге, и внешнее стало безразличным. Только мы остались здесь. Только и я он. И его толчки. Сумасшедшие, сходящие с ума. На грани нормального.

В тумане чувств, тяжелого дыхания я не замечаю, как его руки вновь властно возвращаются на мое тело.

Сжимают грудь, спускаются ниже… хватают за ягодицы, пытаясь перетянуть инициативу.

Но я тут же торможу.

— Нет, я сама… — прищуриваюсь я, — отпусти, Рустам.

И он отпускает. Но при этом его зубы едва не начинают крошиться.

Глаза закатываются, а тело его живет совсем другой жизнью. Безумной жизнью.

Мы в безумии жизни забываем про гостя. А вскоре звонки и вовсе смолкают, и где-то там в квартире наступает блаженная тишина.

Все вылетает из головы.

Напрочь.

Остаются лишь наши вдохи — тяжелые, глубокие.

И стоны — хриплые, влекущие. Я опускаюсь на мужские бедра и вновь поднимаюсь, его член проникает до упора и медленно скользит обратно, чтобы затем вновь погрузиться внутрь, лишая рассудка.

Я полностью контролирую ситуацию. И это выводит за грани. Меня, его. Нас.

— Твою мать… — выдавливает он мрачно, хрипло, неконтролируемо."

"Рустам неустанно проникает в меня. Я позволяю, я сама на него опускаюсь — тяжело, медленно, пытаясь привыкнуть к нему. Поначалу лишь исследую, осторожничаю… но сама не замечаю, как мои подъемы становятся более резкими, более быстрыми, частыми… я почти привыкла к тому, что он большой.

Почти.

Рустам шипит и непроизвольно насаживает меня на себя, таранит беспощадно, до темноты в его глазах. Перехватывает инициативу, тормозит, замедляя мой темп. Он во мне. Целиком и полностью. Он забрал мою власть.

Хотя я просила отпустить.

Безумец.

Я выдавливаю разочарованный выдох. Его взгляд становится победным.