Девочка Рустама

Ему условие поставили, Басмановы явно проигрывали какому-то Эмину, которого я даже не знаю…

— Вышлю чек.

Альберт кивнул, и после одобрения Басманова покинул клуб.

Меня охватила дрожь.

А Рустама — азарт. Он перекинулся телом и прижал меня к барной стойке. На ней расплескан дорогой алкоголь. Внутри моего тела творится черти что.

— Ты меня в кандалы загоняешь, дьявол…

Шепот меня подводит. Голос хрипит, руки трясутся.

Дьявол улыбается.

— Много услышала, родная?

— Не стану лгать: уши не закрывала, — парирую в ответ, отклоняясь от его губ.

Тихо смеется мне в висок, который еще чувствует давление металла.

Помнит прикосновение пистолета.

— Полина… Я тебя в следующую встречу возьму. Овладею до хрипов. Клянусь, голос сорвешь подо мной, родная…

Глава 5

— Я тебя в следующую встречу возьму. Овладею до хрипов. Клянусь, голос сорвешь подо мной, родная…

* * *— Эй, студентка экономического университета! Вы спуститесь с небес на землю?

Я вздрогнула. Миша приобнял меня за плечи — дружески.

Он только обнял, а мне уже стало не по себе. Еще недавно я сочувствовала будущей жене Басманова, хотя должна была сочувствовать себе.

Если он узнает о нас с Мишей, он разозлится.

Мягко говоря.

Я повела плечами, сбрасывая с себя мужскую руку.

— Ты чего, Поль? В кафе пойдешь? Перекусим перед бухучетом?

Вот уже два года мы с Мишей дружим. На первом курсе я нарвалась на местную шайку мажоров. Показала свой характер, ответила что-то острое и… вляпалась по самое не хочу. А он меня спас.

Заступился. Вытащил из передряги и взамен ничего не потребовал.

Не то, что этот Басманов. Дьявол.

— Да… Да, нужно бы.

Последний раз я ела больше суток назад. Наверное. Организм таким образом бунтовал — пищу не принимал, стресс переваривал. Я не могла поверить, что Басманов происходит со мной. Мы с ним как небо и земля… столкнулись. И все к чертям полетело, вплоть до искр от нашего столкновения смертельного.

Только Мише об этом не следует знать. Иначе отчитает так, что мама не горюй.

Эти несколько лет он выполняет роль моих родителей, погибших в авиакатастрофе. Опекает, ругает, защищает. А новость о случившемся ведь в корне может все изменить.

— Что-то случилось, Полин?

Случилось. Мой брат перешел дорогу криминальному авторитету, а последний решил присвоить меня себе. Но даже тебе я не могу это рассказать.

— Не хочу, чтобы ты пострадал.

— Поль, ты о чем?

Его голубые глаза смотрят на меня с удивлением. Он красивый мужчина.