Девочка Шаха

 — озвучил мысль, которая мне уже несколько недель не дает покоя. — Приехать за продуктами из другого района, когда в округе полно супермаркетов… Она живет где-то рядом, мы все это время не там искали.

— Сдалась она тебе, Шах! — раздраженно буркнул Тигр. Я медленно открыл глаза и уставился на него. Меня и самого это все напрягало, но советов я не просил.

— Тигр, ты, по-моему, за последнюю неделю мало получил, если продолжаешь злить Марата. — Тигр был отличным гонщиком, хорошая физика и выносливость, но на ринге он нам всем уступал.

Я не хотел, чтобы из него сделали отбивную, как в прошлый раз. Череп знал все слабые места в моей команде и точно бил в цель. Впрочем, как и я знал все слабые места его ребят.

— Мне надо ее еще раз увидеть, — спокойно произнес. — А ты переодевайся и в спортзал. Сегодня Кима проводит тренировку. — Тигр согласно кивнул. Перед стартом тренировки на износ. Все мы понимали ответственность друг перед другом.

Я много раз себя спрашивал, зачем все это продолжаю? Ответ находился на поверхности — адреналин.

Он ярче, чем наркотик. Уйти от этой привычки испытывать кайф, можно было, только заменив другой зависимость, а у меня такой не было. Секс не в счет. Он помогал сбросить напряжение, но не насыщал кровь адреналином.

— Ты никогда не хотел закончить с играми? Бросить все и начать жить, как другие? — спросил Егор, когда мы остались одни. Я не удивился, последнее время он все чаще уходил в себя, о чем-то задумывался и отрешенно смотрел мимо нас. Меня это немного беспокоило.

— Хочешь уйти из команды? — внешне я был спокоен, но это только внешне.

— Нет. Не сейчас, но иногда такие мысли приходят в голову.

— Мне тоже. Но не перед стартом. Если не готов Егор, не стоит соваться в эту мясорубку. Не хочу тебя хоронить! — жестко произнес я.

— Мне двадцать шесть, наверное, пришло время взрослеть, — усмехнулся он. — Но я не готов себя списывать. Да и Арлекина нужно поставить на место. Такой шанс я не упущу.

Мы уже давно не сопливые пацаны. В нашем возрасте инстинкт самосохранения диктует правила жизни, но это у тех, кто не привык к острым ощущениям, кто боится встретиться со смертью, у кого сердце радостно стучит в груди.

А мы другие. Живем одним днем, знаем, что дерьма в жизни больше, чем чего-то стоящего. Многие подумают, что «папенькиным сынкам» просто стало скучно от сытой зажравшейся жизни, вот они и нашли себе развлечение. Даже семь лет назад, когда мне только предложили вступить в клуб, это было не так.