Девочка со свечкой

Никогда! Хоть убейте меня здесь! Вы поняли, уроды? — Нервы сдают, и я ору на них, захлебываясь слезами.

Что со мной не так? Все мое окружение оказалось с гнилой сердцевиной.

Аня подскакивает от неожиданности. Роберт подходит и бьет меня по лицу. Моя голова дергается назад. Я прикусываю щеку: во рту металлический привкус.

— Успокойся, истеричка! — Рявкает он.

— Берт, не надо. — Аня подходит и хватает его за руку. — Пойди, присядь. — Указывает ему на еще один ящик в стороне.

— Я сказала тебе правду, Инга.

 — Аня серьезно смотрит на меня. — Я ничего ей не сделала. Я приехала к даче Дмитриенко, чтобы в тысячный раз уговорить ее отдать бумаги, которые она, прошу заметить, украла из кабинета Берта.

— Вы преследовали ее вдвоем. — Говорю себе под нос, вспоминая слова Смирнова о том, что Свечку кто-то напугал у ювелирного.

— Она думала, что я собираюсь использовать документы против Марка, поэтому не отдавала их. Уперлась, как ослица. — Аня отходит и прислоняется спиной к стенке.

Ее голос становится тише. — Она убегала от меня, упала и ударилась головой о какой-то корень. Мгновенная смерть. Мне жаль, Инга.

Она прикрывает глаза и ведет ладонями по волосам. Роберт широко расставил ноги, опустил голову, смотрит в пол. Я беззвучно плачу.

Повисает тяжелая пауза. Слышно лишь, как гудит освещение.

Оказывается, я верила, что Настя жива. Говорила, что не верю, но это была неправда. А сейчас надежда умерла. Марк был прав — с исчезновением Насти я навсегда утратила часть себя.

Как же больно. Тру кулаком грудь и сгибаюсь пополам.

— Мне жаль, Инга. Правда, жаль. — Аня сползает по стене и обнимает колени руками. — Давай договоримся и спокойно разойдемся. Ты же мне не чужой человек. Вспомни, мы с Бертом все это время были рядом с тобой. Поддерживали тебя, как могли.

— А еще пытались понять, у меня ли бумаги, или Настя избавилась от них. — Рычу на нее сквозь слезы. Они текут по лицу и никак не останавливаются. — Какие из вас друзья? Твари вы.

— Закрой рот. — Устало говорит Роберт.

— Куда вы дели тело? В поселке каждый сантиметр был по нескольку раз прочесан.

— Это ты узнаешь только после того, как мы получим бумаги. — Аня с трудом поднимается и подходит ко мне.

Я не вижу больше в ней сестру Марка, подругу, красивую блондинку, дочь, жену. Я вижу в ней чудовище, из-за амбиций которого погибла моя Настя.

Вскакиваю и сбиваю ее с ног. Она оступается на высоких шпильках и падает.