Девочка со свечкой

 — Злюсь на свою наивность.

Уж, казалось бы, жизнь давно показала мне свою реальную сторону, а я все продолжаю верить в лучшее. Каждый раз меня постигает разочарование.

Вытираю щеки и иду одеваться. В голове все еще набатом звучит голос матери Марка: «Ты для него не более, чем напоминание о сестре».

Когда-то я слышала фразу, что обидеть может лишь то, что ты и так думаешь о себе в глубине души. То, во что сам веришь, а чужие слова — всего лишь необъективное подтверждение этих мыслей. Лидия Владимировна попала в цель, потому что в глубине души я и правда считаю, что с Марком меня связывает только одна единственная нить — моя сестра.

Больше нет ничего общего. Мы — два разных мира. В моем — в сельском магазине при входе стелят картон, чтобы покупатели не разносили грязь по битой плитке, а в его — можно в любой момент полететь бизнес-классом в любую точку мира. Встретиться мы могли только в искаженной реальности.

Сажусь прямо на ковер и снова плачу, вокруг меня бегает и скулит испуганный Фунтик.

Плачу долго и от всего сердца. На душе темно и пусто, как в старой кладовке. Беру пса на руки и глажу толстенькое, шелковистое тельце. Он затихает и успокаивается.

Смотрю в окно. Нужно торопиться: дни стали совсем короткие. Не успею оглянуться, как на улице стемнеет, а мне нужно еще успеть забрать конверт из почтового ящика. Жаль, что Антошку опять не застану.

За отсутствием пробок довольно быстро добираюсь до своего дома. Вхожу в подъезд и удивляюсь, как я смогла спокойно прожить здесь три года.

Я как будто не замечала обшарпанных стен, постоянной темноты и вони в подъезде. Подхожу к своему почтовому ящику. Сердце резко ускоряет свой бег. Осматриваюсь. Достаю из рюкзака ключи, нахожу нужный и со скрипом открываю прямоугольную дверцу. Внутри только квитанция. Ощупываю стенки ящика и облегченно выдыхаю, почувствовав под пальцами гладкую бумагу. Отклеиваю скотч и аккуратно достаю конверт. Прячу его во внутренний карман куртки и замыкаю ящик. Снова смотрю по сторонам и зачем-то решаю заглянуть к себе в квартиру.

Отмыкаю дверь и опасливо захожу внутрь. Вид прихожей не вызывает ничего, кроме тоски. На полу у комода валяются сухоцветы. Когда все закончится — обязательно уеду. Доучусь и уеду, или переведусь. Страна большая — место для меня найдется. У меня оплачены еще два месяца квартплаты, за это время нужно определиться, как жить дальше.

Посреди кухни так и стоит мусорное ведро с осколками вазы. В углу — веник и совок.