Девочка сталкера

— Ты помнишь, что я тебе сказал о тех парнях в клубе?

Я молчу.

— У тебя не особо большой выбор. Или ты со мной или с ними.

Боже, что за бред он несет.

— С тобой я точно не буду, — говорю ему и наблюдаю, как в глазах парня полыхает огонь.

Он может сколько хочет запугивать меня, но я не поддамся на его уловки. Ни за что.

Машина тормозит перед дверьми общаги и Демид разворачивается ко мне.

— Почему ты так настроена против меня? — спрашивает он.

— Потому что ты мне не нравишься, я уже говорила тебе об этом.

Он молчит и прожигает меня своим черным бездонным взглядом.

— Пока, — бросаю я и поскорее выбираюсь из салона, пока парню не пришло в голову заблокировать двери.

Несусь ко входу чуть ли не бегом, и успокаиваюсь только тогда, когда оказываюсь в нашей с подругой комнате.

Маша по-прежнему дуется на меня.

Лишь только видит, как я вошла, хватает телефон и начинает демонстративно просматривать ленту Инстаграм.

— Привет, — говорю я и скидываю с себя верхнюю одежду.

Подруга делает вид, что не слышит моего обращения к ней.

Прекрасно.

Мало мне проблем, еще и это.

Хватаю принадлежности для умывания и выхожу с ними в коридор. Приму перед сном душ и поскорее завалюсь спать.

Коридор тонет в темноте, также, как и душевая, и на меня вдруг накатывает необъяснимый страх. Я озираюсь по сторонам, а потом резко щелкаю выключателем.

Душевая, как душевая. Ничего необычного или страшного. А виной моему нервному состоянию являются запугивания Демида.

Быстро подхожу к скамье, раздеваюсь, а потом встаю под душ. Вода смывает все тревоги и в свою комнату я возвращаюсь гораздо более уравновешенной, чем была до этого.

Я ложусь спать в полной уверенности, что все как-нибудь образуется и Усманов найдет себе другую кандидатуру, на которое сможет обрушить свое ненормально навязчивое внимание.

Как же я ошибалась в тот момент.

Не успеваю отсидеть две первые пары и порадоваться, что Усманова с компанией сегодня не видно, как звонит отец.

Его голос взволнован, и он просит срочно, просто срочно встретиться и поговорить. Отец уже дома, и если бы я смогла подъехать…

У меня есть окно между лекциями и работой, и я несусь к ним в квартиру на всех парах.

А потом начинается что-то невообразимое.

Якобы отец украл на работе крупную сумму. И теперь ему светит тюремный срок.

— Ничего не понимаю, — хмурюсь я, — ты ведь не брал этих денег?

— Нет, конечно же, нет, — всплескивает руками отец.