Девочка стального магната

Каков подлец, а?! Я к нему с благодарностью, с трепетным даром «Спасибо», а он выставил меня на уровень проститутки.

На мои слезы и дрожащие губы он ничего не говорит, только берет со спинки стула свой пиджак и в пару шагов подходит ко мне.

Нависает. Давит. Буквально бьет в нос своим запахом, что был так близко в ту ночь в машине.

– Неужели вы каждую шлюху спасаете от тюрьмы, прежде чем трахнуть? – говорю очень смело, но тело готово растечься в ногах, как желе. Дрожать под настойчивым, безмолвным приказом поднять голову.

Когда я качаю головой, давая понять, что не одна из его собак и на команды не откликаюсь, он жестко хватает мое лицо двумя пальцами, сдавливает щеки и вынуждает задрать голову. Господи, какой же он огромный. В близи почти животное. Монстр.

– Следи за языком, Нина. От тебя я не хочу слышать ругательств.

– А мне наплевать, чего вы хотите, а чего нет. Я не собираюсь учиться минету! – шиплю, хочу отвернуть голову, но рука не дает даже пошевелиться.

– А ничего другого ты пока предложить мне не можешь.

Его слова, как ушат с ледяной водой. Я задыхаюсь, словно тело поливают и поливают. Ничего. Ничего из себя не представляешь, Нина. Такое же мнение у его секретарши.

Большой палец вдруг касается моих губ, сбивая мою, достойную профсоюзного собрания, речь, мнет их, заставляя рот открыться. Пускает по телу двухсот двадцати вольтовой ток. При этом выражение лица не меняется ни на грамм, только взгляд. Кажется, зрачок полностью заполнил серебристую радужку.

Палец оказывается на языке и пробирается дальше. И меня почти гипнотизирует его натиск, его солоноватый вкус кожи. Его взгляд. Магнат делает движение пальцем в моем рту, заставляя имитировать тот самый минет, потом размазывает влагу по губам и резко отстраняется. Чеканит шаги к выходу.

– Зачем вы меня спасли?! – все-таки срываюсь на обиженный вскрик.

– Никогда не повышай на меня голоса, Нина, – говорит он, не поворачивая головы, а затем все-таки отвечает. Словно бьет хлыстом по лицу.

Так и оставляет с ответом на один вопрос. И кучей новых. Одну.

Тело, как застывший металл. Многотонный. Не поднять, не передвинуть. Только и остается, что хлопать глазами и возмущенно дышать. Сердце в груди, как птичка в клетке.

Только никто не видит моей реакции. Всем наплевать. Особенно ему. Плюнул фразой и по делам отправился. А мне теперь мучайся от неизвестности.