Девочка стального магната

– Нина… Моя жизнь подчиняется определенному графику и распорядку, а ты его сегодня нарушила.

– Помешала вам заняться любовью? – говорю гордо, пытаясь сдержать слезы обиды и дрожь возбуждения от одного его касания.

На мои слова Распутин кривится. Наверное, не понимает, что такое любовь.

Правила, распорядки. Я тут при чем.

– Меня это не касается.

– Касается. Касается настолько, что ты сделаешь то, что необходимо.

О чем он? О чем он говорит? Я должна заменить шлюху? Заняться с ним сексом, потому что это написано в расписании?

– Я не буду, – кричу я ему в лицо, но он легко толкает меня к стене и приближает лицо к моему.

– Сделаешь, хотя бы потому что сама этого хочешь.

Нет, нет, не хочу. Не хочу ведь?

Он свободной рукой касается моего лица, проводит большим пальцем по губам и тут же ведет линию вниз, к груди, которую чуть сжимает.

Касается дрожащей руки и тянет ее. Заставляет коснуться чего-то твердого и мокрого. Трубы?

Смотрю вниз и пораженно замираю.

– Двумя руками, Нина.

– Но я не хочу, – еле ворочаю языком, облизываю губы. Перед глазами туман, а в голове уже каша, но Распутина не волнует это.

Он кладет мне тяжелую руку на плечо и настойчиво давит, опускает на колени.

– На меня смотри, – требует он и я поднимаю глаза. Радуясь, что мне дана передышка. Потому что смотреть на то, что вздыблено у него между ног просто невозможно. Ладонью чувствую выпирающие вены и понимаю, что пальцами это не обхватить.

На глаза наворачиваются слезы от смешанных ощущений, но Распутин не дает мне опомниться. Цепляет вторую руку и тянет на помощь первой.

Обхватываю упругую плоть двумя руками, сглатывая вязкую слюну и следую его инструкции, пока тугие струи душа бьют по его спине, падая на меня лишь редкими каплями.

– Я не умею, я никогда этого не делала…

– Я знаю. Смотри на меня и просто двигай руками. Ну же…

Подчиняюсь его напору, чувствуя, как что-то приятно стреляет внизу живота, словно кто-то щелкает по половым губкам.

Я даже не знала, что могу их так ощущать. Точно так же, как тяжелый орган в своих руках.

– Крепче сожми, – слышу приказ сквозь туман мыслей и начинаю движение ладонями.

Вперед, задевая головку. Назад, задевая мягкую кожу чего-то, усыпанного волосами.

Бросаю взгляд вниз и задыхаюсь от величины в моих руках. Это как укрощение удава. Как овладение стихией. Огромное, вздыбленное, стрелой направленное в мое лицо.