Девочка, ты попала

Сейчас он кажется мне таким теплым и сильным, рядом с ним я ощущаю защищенность и свободу. От Беркута исходит приятный аромат бергамота с мандарином, который хочется вдыхать настолько, что впору задохнуться.

Рука Кира скользит по моей ноге, а потом и вовсе я оказываюсь у него на коленях. Наши языки сплетаются в унисон, наше рваное дыхание парит в воздухе, а сердца бьются так часто, будто совершают забег от реальности. У меня такое ощущение, что пока я рядом с Кириллом, то становлюсь какой-то невероятно сильной, смелой, и как бы банально не звучало — непобедимой.

— Ди, — рычит он мне в губы, прерывая поцелуй, но не отдаляясь.

— Не останавливайся, пожалуйста, — шепчу я, хотя может и молю. Все мое тело вибрирует от возбуждения.

— Ты реально сводишь меня с ума, — говорит он, прикусывая мою губу.

— А ты меня, — признаюсь я, дотрагиваясь до кончиков его майки. Кир подчиняется, позволяя оголить его грудь. Мамочки! Он просто идеален, словно кто-то постарался и выточил мужское тело — настоящий Микеланджело.

Я смущенно прикрываю глаза, впервые так волнуюсь, но это приятное, томительное волнение. Кирилл же ловит момент и начинает покрывать мое лицо поцелуями, буквально каждый маленький сантиметр, словно пытается сохранить в памяти меня такую. Он стягивает резинку с моих волос, отчего они россыпью ложатся на плечи.

— Буду наглым, — говорит он, разглядывая меня вблизи. — Хочу тебя, целую ночь и даже больше. Но если ты против…

— А если… не против? — мне кажется, я влюбилась в него.

Вместо ответа Кирилл меня целует в шею, проводя языком вверх, пока не обхватывает губами мочку уха. Я не могу сдержать блаженный стон от его ласки, и тянусь за поцелуем в губы. Беркутов обнимает меня, притягивая к себе ближе, я даже через его джинсы ощущаю, как Кирилл возбужден.

Он подхватывает меня под бедра и мы перемещаемся в спальню, при этом, не отрываясь друг от друга. Мир явно поставили на паузу, а если нет, то и плевать.

Оказавшись на кровати, мы избавляемся от моей майки и его джинсов. Это происходит так быстро, что я не успеваю даже смутиться. Кладу руку поверх боксеров Кирилла, проводя вдоль его члена, он постанывает так, словно никогда сходил от подобной эйфории.

— Твою мать, Ди! — шепчет он, укладывая меня на лопатки. — Что ты творишь со мной, крошка…

Я не отвечаю, лишь жду продолжения, и оно тут же наступает.