Девочка, ты попала

Делаю глубокий вдох, и в легкие пробирается уже знакомый аромат сандала и лимона.

Черт… И почему все должно было обернуться именно так?

Глава 11 — Матвей

— Ничего страшного. Просто легкий ушиб. Рекомендую пару деньков отлежаться дома и желательно не перенагружаться, — доктор убирает фонарик в нагрудный карман халата, поднимаясь со стула.

— Сотрясения нет? — уточняю я.

Он пробыл в приемном пункте каких-то десять минут и уже ставит диагноз.

— Молодой человек, я ведь сказал, с вашей девушкой все нормально, — более раздраженно отвечает мужчина.

На вид ему лет тридцать, под глазами пролегает усталость, на висках уже местами седые волосы. Кажется, будто этого человека порядком все досталось, включая пациентов. — Нет необходимости создавать панику.

Сцепив зубы, прожигаю его взглядом и уже собираюсь открыть рот, как рука Агаты обхватывает мою.

— Спасибо, — встревает она, приподнимаясь с кушетки. — Я обязательно буду соблюдать режим.

Врач уходит, оставив нас наедине. Агата поправляет свою блузку и приводит в порядок прическу.

Надо было отвезти ее в платную клинику, где по крайней мере не хамят.

— Я отвезу тебя домой, — подаю ей руку, но она демонстративно игнорирует ее, обувает туфли и встает.

Стоит ей сделать шаг, как девушка покачивается. Реакция срабатывает отменно, я успеваю поймать ее в свои объятия.

— Хватит упрямиться, — обвиваю рукой тонкую женскую талию.

Агата поднимает голову, с ее губ слетает тяжелый вздох, когда мы сталкиваемся взглядами. Внутри у меня словно салют разливается от наших, пусть и совершенно неромантичных объятий.

Весь день мечтал это сделать: прижать ее к себе и вдохнуть сладкий аромат. Грудь Агаты тяжело вздымается, в то время как глаза блуждают по моему лицу. Я заправляю прядку волос ей за ухо, задерживаясь ладонью на щеке. Ласково провожу пальцем вдоль скулы, отчего ее кожа покрывается нежным румянцем. В аудитории такая строгая, держит всех в напряжении, а сейчас мягкая, беззащитная, что хочется стать стеной, за которой она сможет спрятаться.

— Матвей, прекрати, — шепчет она.

— Я всего лишь помогаю. Не драматизируй.

Она высвобождается из моих объятий, берет сумочку и идет к дверям. Какая упрямая!

Мы покидаем стены горе-лечебницы и Агата присаживается на лавочку около входа. Достает из сумки телефон, нервно поглядывая на наручные часы, обвивающие тонкое запястье.

— Что делать с водителем внедорожника?

— Тебе ничего. Пусть радуется, что ты не написала на него заявление.

Была б моя воля, придушил прямо там.