Онлайн-библиотека книг
Долго-долго вглядывается в густую синь ее глаз и с тихим смехом с ней соглашается:
– Твоя правда.
Маня в ответ робко улыбается. Чуть еще помедлив, Арсений ставит ее на ноги. Волшебство медленно растворяется в воздухе как дым от потухшей свечи. Маня ежится, она совсем не готова возвращаться в реальность. В реальности он может в любой момент уйти. И опять пропасть на дни, а то и недели…
– Манюнь…
– М-м-м?
– Я скучал.
– Правда? – срывается с Маниных губ.
– Очень.
Это не прозвучало как признание в любви. Но из уст Арсения даже это… много.
– Я тоже очень по тебе скучала.
И непонятно, кто становится инициатором поцелуя, да это и неважно совсем. Главное, что их губы сливаются. Переплетаются пальцы, и становится так хорошо и спокойно, что хоть бери и плачь. Опять…
– Манюнь…
– М-м-м?
– Что у тебя с графиком на следующий день?
– Ничего.
– Это хорошо. Потому что я все равно никуда не уйду.
– Сегодня? Или вообще? – интересуется Маня будто бы в шутку.
– Сегодня точно. А вообще… вообще тут для нас двоих тесновато будет. Так что если ты намекаешь на совместное проживание…
– Кто намекает? Я?!
– Ну не я же… Так вот, если ты намекаешь на это, думаю, моя квартира подойдет больше, – заявляет Брага и, как будто ничего такого особенного не сказал, резко переключается: – А что это у тебя в пакете?
– Гусь. И, кажется, селедка под шубой, – оторопело лепечет Маня. – Ты что, голодный?
– Конечно. Ты выпила из меня все соки. Давай, беги в душ, и накрывай на стол.
Глава 20
Первый день января проникает в окно сизым сумраком раннего утра, который никак не вяжется с Маниным праздничным настроением. У Марфы же внутри полыхают тысячи солнц, и хор ангелов поет торжественные гимны. Она лежит головой у Брагина на коленях, а тот, развалившись, будто султан, на разбросанных в изголовье кровати подушках, лениво перебирает пальцами ее волосы. И то проваливается в сон, то вновь рывком выныривает на поверхность… Марфа может его понять.
– Ой, а у тебя в животе бурчит, – зевает Маня.
– Есть хочется.
– Погреешь себе чего-нибудь? Я бы с радостью за тобой поухаживала, но так устала, что даже шевелиться лень.
Во взгляде Арсения мелькает что-то вроде смущения, однако это чувство настолько не вяжется с Брагой, что в конечном счете Марфа приходит к выводу, будто ей это показалось.
