Буду должен»
Рома: «Цветы готовить?»
Демид: «Гвоздички, пожалуйста. Две штуки»
Меня кинуло в жар, а потом резко в холод. Руки затряслись, а сердце, совершив последний истошный вопль, замерло, треснуло, а потом и разбилось. Вдребезги! Но будто бы мало мне было этой гадкой, прогорклой правды. Правильно говорят — если в твоей жизни все идет слишком гладко, задумайся, скорее всего тебя просто технично обманывают. Так случилось и со мной. И Пелех не останавливалась и строчила дальше: «А это уже переписка со мной сегодня»:
Демид: «Все, вырвался, еду к тебе»
Кариночка: «Опять наплел про папу?»
Демид: «Иначе бы на хвост упала, а так вариант проверенный»
Кариночка: «Меня уже начинает напрягать эта ваша игра»
Демид: «Да я сам уже стух и разложился, Зай.
И соскучился по тебе очень!»
Кариночка: «Может пора завязывать?»
Демид: «Ну уж нет! Я что зря страдал и мучился?»
Кариночка: «Ладно. Жду тебя»
Демид: «Снимай трусики. У меня от мыслей о тебе уже все дымиться!»
Кариночка: «Мур! Люблю тебя!»
Демид: «И я тебя!»
Слезы градом покатились из моих глаз, сразу, одним махом окуная меня в истерику.
Я рывками сдирала с себя пижаму и как могла быстро, не обращая внимания на дрожь во всем теле, переодевалась, на ходу пытаясь вызвать такси. Не получалось ни черта! Боль объяла меня плотным кольцом, а затем со всей дури стиснула в своей стальной хватке. Но я снова и снова тыкала пальцами в приложении, пока не добилась успеха. Я не останусь в этой чертовой квартире больше ни на минуту!
Сволочь! А я верила ему! Верила, черт его дери!
А, оказывается, зажравшийся мажор просто играл в очередную игру с глупой и скучной дочкой ректора…
Спешно оделась, похватала свои вещи и выбежала за дверь, закрывая ее на замок.
Ну надо же, как обстоятельно он подошел к делу, даже ключи от своей квартиры мне выдал, всеми правдами и неправдами намекая на мой переезд и совместное проживание. Мудак!"
"Вывалилась из подъезда на улицу и запрокинула голову к бесконечно равнодушному небу.
Где-то там он обнимает свою Кариночку, целует ее, любит ее. По-настоящему! И плевать ему на меня, на ту, с которой можно только играть, давно растеряв азарт и только выжидая удобное время, чтобы нанести подлый удар в спину. Господи, меня сейчас стошнит от этой грязной правды!
Такси мигнуло фарами и я, словно ходячий труп, заставила себя передвигать ногами, а потом и сесть в автомобиль, глотая непрекращающийся поток слез.
