— Агата, смотри, идет, — толкнул меня плечом Пашка, и я подняла свои глаза на шагавшего в окружении друзей Громова.
Да они что, издеваются? Но мое возмущение быстро прошло, когда я увидела к чему именно подошел Демид на прилично опустевшей парковке.
— Да не может быть, — прошептала я.
А ребята же только весело и от души рассмеялись!
Глава 26
POV Агата
Я смотрела на заниженную в хлам Ладу Приору ужасного золотого цвета и глазам своим не могла поверить. Но и это было не все. На багажнике этого чуда российского автопрома криво-косо был прилеплен какой-то совершенно неказистый ярко-салатовый спойлер.
О, боги, пощадите! И как вишенка на торте, на боку автомобиля красовалась огромными буквами надпись: «Моя Ламба. Люблю её!».
Так вот, что загадали Громову его друзья в счет проигранного спора? Еще одно доказательство того, что он все-таки забил на меня, все понимал, осознавал, а теперь ни о чем не жалеет, смело принимая свое поражение. Вон как ржет, черт разрисованный.
— Пацаны с вашего факультета говорят, что ему на этом ведре придется месяц рассекать. Представляешь! — обхохатываясь проинформировал меня Пашка.
— Боже! Ты бы видела, как он сегодня на этой красотке приехал на учебу, там даже глушителя нет! Мало того, что она ревет как перепуганный бизон, так еще и страшно чихает, когда притормаживает. Агата, ну ты чего такая хмурая? Смешно же! — корчилась от смеха Анька, а у меня в груди опять от обиды неприятно потянуло и заныло.
Но я только фыркнула и опустила голову, не в силах смотреть на этот мажористый праздник жизни."
"— Мне плевать, ребят, пусть хоть в картофельном мешке месяц по улицам Москвы скачет. Мне от этого ни холодно, ни жарко, — выдала и ведь ни капли не покривила душой. Это мне за спор до сих пор не приятно, а так, пусть этот Громов со своей компанией хоть что там делает. Мне ровно!
Но я, глупая гусыня, нет-нет, да поднимала глаза на нелепое золотое авто с салатовым бампером.
Благо, хоть из-за кустов нашу компанию не видно было и то хлеб.
Вскоре к знаменитому трио подошли еще какие-то студенты, весело смеясь и о чем-то переговариваясь. И вся эта картина говорила только об одном — Демиду плевать на свой проигрыш, он даже в плюсе остался, вон сколько внимания к его царской персоне.
А потом я увидела, как из здания вышла Пелех. Громов тут же громко свистнул ей и махнул в свою сторону.
