И когда я шел обратно в аудиторию с этими глупыми методичками, я тысячу раз обругал себя за малодушие, но только толку-то. Слово — не воробей.
А потом случилось это. Одна работа на двоих. Я и она. До первого декабря.
И, черт возьми, ребята, я обрадовался, как пацан! У меня сердце в тот момент колошматило от возможных перспектив на запредельной скорости, только вот я силой заставил себя тогда не обольщаться и закатать губу. Да и вообще, у нее парень есть и, скорее всего, она любит его. Кто я такой, чтобы лезть в чужие отношения? Я и так набедокурил с три короба.
Но, выходя вслед за Агатой из кабинета, не удержался и сказал-таки преподавателю:
— Спасибо.
— За что, Громов? — поднял на меня непонимающий взгляд Игорь Константинович.
— За напарницу, — и вышел за дверь, чтобы получить очередной ментальный пинок в живот. Это исчадие ада в юбке, как оказалось, даже номер телефона мой не сохранила. Вот так, Агата Малиновская — моя персональная губозакаточная машинка. Поэтому, я не стал ничего делать, хотя и очень хотелось, не спорю, а просто предложил свести наше общение к минимуму, на что она с радостью и согласилась.
А я же просто развернулся и ушел, хотя и сделать это было адски тяжело. Увещевал себя я тогда так — надо просто к этому привыкнуть."
"А дальше был разговор с Кариной. Тяжелый, эмоционально нестабильный с ее стороны и абсолютно равнодушный с моей. Про себя грустно усмехнулся — так же и с Малиновской — я весь к ней, она вся от меня.
— Дём, я тебе кофе заказала, все как ты любишь, капучино с корицей, — я только обречённо кивнул, хотя пил всегда только американо, — слушай, в следующие выходные в клубе «Джипси» обещают отвязную вечеринку закатить.
Может сходим? Давно не танцевала, да и у меня есть новое офигенское платье, которое я еще не выгуляла. Ты как? Будет весело, я тебе обещаю. Да и предки у меня сваливают на полторы недели на море, после можем у меня продолжить или…
Она все болтала и болтала, а я сидел и вообще не понимал, как смог вытерпеть все это так долго, откуда только душевные силы брал? Ревность все хотел в Малиновской вызвать, идиот.
Это все равно, что искать воды в пустыне — глупая затея. И вот итог. Получите, распишитесь, Демид Матвеевич.
— Коть, ты где витаешь опять?
Ребят, вот вы мне скажите, я что реально на кота похож? А, плевать. Вздохнул и приступил к делу.
— Карина, — очевидно, что я в этом обращении заключил все, ибо Пелех тут же сдулась и прищурившись, мстительно на меня посмотрела, — разговор есть.
