– Интересно, а почему ты в одежде спишь, где твоя ночная сорочка? Совсем не ждала меня или продолжаешь играть в скромницу? – тихо посмеиваясь, спросил я. Молчит, только кулачки свои сжимает. – Ай-ай… не хорошо обманывать, раздевайся.
– За-зачем? – спрашивает она напряженно.
– Что за тупой вопрос? Не стоит из себя целку строить… раздевайся, трахать буду, – раздраженно ответил."
"Она взвилась:
– Вам доставляет удовольствие меня унижать? Я Вам ничего не сделала!
– Твой никчемный дядя сделал.
– Я ничего у Вас лично не брала!
Схватился за подлокотники кресла, так сдавил, что они затрещали, подался чуть вперед.
– Да мне плевать, ты его родственница, этого достаточно. Быстро раздевайся!
Она сглотнула, задрала свой подбородок, я от этого прищурился, стиснув зубы, а она сказала спокойным тоном, но в глазах молнии:
– Я хочу, чтобы Вы знали, я Вас ненавижу, вы мне отвратительны.
– Детка… что-то подобное мы уже проходили, мне плевать на твою любовь и прочие розовые слюни. Шевелись, я жду.
Она резкими движениями срывает с себя одежду и кидает на пол.
Напряженно слежу за каждым ее шагом, своей игрой она меня заводит и раздражает одновременно.
– Белье тоже, сквозь трусы я тебя не трахну.
Я взбешен, надо признать, у сучки талант, чтобы взбесить меня, ей достаточно открыть свой рот. Ничего… я ему найду другое применение. Сняла вначале лифчик, швырнула в мою сторону, а затем трусы туда же.
– Да подавись! – выплюнула она мне.
Вот Зараза Рыжая! А вслух сказал:
– Давай в кровать, ложись и раздвинь свои ноги в коленях, живо!
Она развернулась ко мне спиной и нервно направилась к кровати.
А я не мог оторвать взгляда от красивых изгибов ее тела, от круглой вздернутой попки.
Сучка!!! Легла на кровать, вытянула ноги, руки по швам, сжала в кулачки, зажмурила глаза и прикусила губы, трясется, как осиновый лист. Встал с кресла, подошел к ней.
– Не понял, что происходит. Вика, что за комедию ты ломаешь? – нахмурился, строго глядя на нее. – Глаза открой и смотри на меня, – она открыла глаза.
– Чего трясешься, я тебя не собираюсь расстреливать, если только членом.
Снимаю с себя домашние брюки и боксеры. Рассматривает меня, уперлась взглядом в мой стоящий колом член, и глаза ее расширились до размера блюдца.
– Я… я боюсь тебя, ты меня порвешь!
– Как мы быстро с тобой перешли на ты. Ну, в принципе мы перешли практически на новый уровень наших отношений, пожалуй, уже пора, – ухмыльнувшись, сказал я.
– Ты не слышишь, – кричит она.
