Девочки Талера

Не везде, конечно, а там, где может быть Ника с Полинкой.

В ее комнате камер нет, я, конечно, извращенец, но не настолько. И в моем тренировочном зале их нет. А в мою спальню Илюха распорядился поставить зачем-то, говорит, монтажники перепутали и поставили вместо детской. Решили уже не переделывать, просто дополнительно установили еще и в детской.

И теперь я просматриваю записи и, кажется, сейчас сниму эти гребаные волосы вместе со скальпом. Мрачно пялюсь в экран и прихожу к выводу: чтобы лучше узнать женщину, надо по максимуму от нее отдалиться.

Походу, мне пора менять имя не на Тимура Большакова, а на Аристотеля. Можно на Платона или Эпикура. Сам не читал, но видел в библиотеке у Шерхана, тот точно читал, больно умный. Прочесть и мне, что ли? Хотя, меня вряд ли это спасет."

"А потом дыхалку подпирает, когда Ника с дочкой в мою спальню идет. Подбираюсь как перед прыжком — неужели? Неужели все мои розовые сопли будут размазаны по моей же роже, и окажется, что Ника проникла в мой дом для того, для чего и в первый раз — втереться ко мне в доверие?

Она не запирает дверь детской, я дышу медленно, со свистом выпуская воздух из легких.

Ника что-то ищет, точно, прикрывается дочкой для вида. О камерах не знает, о них только мы с Илюхой знаем, он перед самым моим отъездом их установил.

Я ничего не держу в спальне, я ж не дебил. Там даже старых использованных презервативов не найти, мои горничные убирают достаточно качественно.

Ника садится на край кровати, качает ребенка и задумчиво смотрит по сторонам. Сидит совсем недолго и уходит, а я выдыхаю так, что легкие начинают гореть.

Зачем она приходила? Что ей нужно в моей спальне? Эти вопросы не дают покоя, жгут мозг, но я не хочу подвязывать охрану. Я сам разберусь. Делаю отмену всех встреч и на следующий день с утра вхожу в мобильное приложение для онлайн-видеонаблюдения.

* * *Полдня просидел, не сводя глаз с экрана. А все для того, чтобы почувствовать себя днищем, потому что Ника даже наверх не поднималась. Все утро проторчала у Робби на кухне, а потом надела фартук — большой, Робби дважды его вокруг нее обернул, — и начала яблоки натирать.

Повар мой Полинку на руках таскал, песни ей пел, а Ника тесто замешивала. Я реально охреневал, когда смотрел.