Девственница для идеального чудовища

— Разве эта работа для тебя?

Да что он возомнил?! Еще и тыкает.

— А какая для меня?! — Женька вспылила. — Изображать девушку богатого мужчины?

Качок растерялся, заметила она с удовольствием.

— Я предлагал не работу, а договор, — выкрутился он, — если хочешь, найду тебе приличное место.

Девушка снова начала закипать.

— Здесь я тоже ничем непристойным не занимаюсь! — резко ответила она и тоже неосознанно перешла на «ты». — А ты типа всемогущий? И службу найдешь, и проблемы решишь.

Женька раздражалась, но вдруг поняла, что больше не боится его.

— Я привык преодолевать трудности, — спокойно пояснил Филипп, — и я не сделал тебе ничего плохого. В отличие от всего того, что с тобой происходит в этом месте.

Он окинул взглядом клуб. Женя все же устыдилась.

— Спасибо тебе, — искренне сказала она, — но пойми, твои предложения, по меньшей мере, странные. Ладно, ты по каким-то своим соображениям прицепился… предлагаешь именно мне поиграть в твою девушку. Но я считаю такое поведение неправильным! Это обман.

Филипп внимательно слушал ее.

— Наш уговор никого не подставит, никому не навредит, — после паузы заметил он, — бизнес такое дело… Без игры там не обходится. Таков наш мир.

— Я не хочу так, — негромко ответила Женька и опустила глаза.

Мужчина хотел еще что-то сказать, даже шагнул к ней. Но тут из-за поворота вырулила Риммка и торопливо начала спрашивать у Жени, куда та запропастилась. Филипп кинул на них обеих короткий взгляд и быстро зашагал вперед по коридору.

* * *Фил уже и сам понимал, затея с договорными отношениями потерпела провал. Но и «отцепиться» от Жени, как выражалась та, не желал… В сознании появилась картинка прекрасных глаз с холодными огоньками внутри.

Он вспомнил взгляд Лены. Жена отца смотрела на всех с небольшим прищуром, как будто насмешливо. Могла щебетать мило с отцом или даже с ним, Филиппом, но в глазах часто мелькало то ли превосходство, то ли тайна. Это качество в ней завораживало юного Фила.

Сегодня же, когда он смотрел во влажные озерца с фиолетовыми искорками, он видел в них такое безграничное доверие к миру, что ему стало страшно. Женька напоминала ему хрупкого котенка, который остался один на враждебной улице. И сердце мужчины сжала тревога за судьбу этого, пусть с виду и храброго, но нежного существа.

Были ли в этих эмоциях отголоски схожести с Леной, он уже не знал. Внешне она до сих пор ее безумно напоминала.