Но если бы только это!
Два пальца Дмитрий засунул глубоко в меня, членом давит мне между ягодиц, грудью напирает на мою спину, а языком лижет мои плечи. Я вся окружена им! Охвачена, как плотным кольцом огня.
7
Глава 7
Аня
Мне жарко, душно, внутри киски печет, в груди не хватает воздуха, живот сжимается, там скапливается огненный шар, как будто там горит само солнце.
Сам он дышит мощными рывками воздуха, вырывающегося наружу. Ставит им отпечатки мне на коже. Я же хватаю ртом кислород, но он будто не поступает в легкие.
Меня уже имели эти двое мужчин, но всё это казалось вроде как не по-настоящему. Как не со мной. Почему же сейчас меня вдруг захватило это действо? По телу носятся токи, мне хочется чего-то непонятного, недостижимого.
Давление со всех сторон, оно усиливается, поглощает меня. Теряюсь от этих ощущений. Так не должно быть, не должно, знаю точно.
Становится до ужаса обидно, что моим телом может управлять кто-то чужой, и этот чужой знает, что надо моему собственному телу!"
"Потому что, когда он большим пальцем раздвигает складочки и нажимает на какую-то точку в моем теле, меня прошибает разрядом тока.
Сильнейший удар прямо в центр моего тела, и он не отпускает. Бьет и бьет в солнечное сплетение и ниже. Там закручивается воронкой темное желание, зудящее и непреходящее.
Оно гудит во мне, вибрирует, заставляет изгибаться, подаваться назад…
Вздрагиваю и издаю стон.
– Еще так сделать? – порыкивает в ухо Дмитрий, настойчиво двигая пальцами в киске, но больше не касаясь этой волшебной кнопки.
Черт, я хочу, хочу… Мне надо снова это почувствовать…
– Что сделать? – бормочу, мотая головой, я проваливаюсь в какую-то темноту, погружаюсь в нее целиком и не могу выбраться.
Пропадают мои страхи и принципы, остается только желание получить разрядку. Но я умру от стыда, если признаюсь в этом. Не могу я хотеть получить разрядку от рук насильника.
– Ты знаешь что, – посмеивается он, легко проходясь пальцами по заветной точке, – сама же хочешь, но упрямишься. Хочу, чтобы у меня на пальцах кончила.
Твердый член сзади располагается теперь вдоль половых губ, Дмитрий дразняще водит им вдоль входа в мое тело, туда-суда, но не проникает, а пальцами легко ударяет меня впереди, прямо по клитору. Шлепает раз за разом, непонятно зачем. Каждый раз я дергаюсь, и по телу проносится трепет.
В лицо бросается краска, меня душит стыд, сжимаю пальцы на бортике и заставляю себя не двигаться, но, черт, не получается. Это сильнее меня.
– Попроси, – новый удар.
