Прелестные губки сжимались на члене, выдаивая его, грудь тряслась от толчков и рывков туда-сюда, а сладкая попка словно засасывала член Захара.
Я видел, как он исчезает в ней, скользя внутрь и выходя наполовину, потом снова окунается в недра девичьей попки. Один этот вид мог заставить кончить, особенно когда я думал, что скоро тоже ей вдую, а еще и ее горячий рот…
Пиздец! Эта девочка просто убивала нас. Она мычала и стонала, пока мы пялили ее в два ствола, а потом задрожала от неконтролируемого оргазма, сотрясающего всё ее тело.
Захар, матерясь, протаранил ее дырочку до конца и, судя по всему, кончил, я же в этой чехарде не смог зафиналиться и просто ждал, пока девчонка отойдет от первого анального секса в своей жизни. А то, что он был первым, я не сомневался.
Она упала на локти, а Захар размазывал головкой члена сперму по ее округлым ягодицам.
– Ты должен поиметь эту узкую попку, это лучшее, что я пробовал в своей жизни.
– Анюта даст мне свою попку? – начинаю подбираться к ней, вытирая краем простыни заляпанные спермой ягодицы, и девчонка пытается отползти.
– Э, нет, я еще не кончил, ты плохо сосала, так что твоей попке придется отвечать. Не бойся, сделаю всё по красоте, у меня есть смазка.
Достаю из тумбочки тюбик, открываю и наливаю себе на ладонь приличную порцию холодного геля с секретом. Он в том, что гель возбуждающий. Все ощущения Анечки будут усилены, вместе с тем это анестетик, и боль тоже уйдет. Ей понравится.
Оглаживаю ягодицы, проводя по ним ладонями, рисуя узоры. Надо немного расслабить девочку, а то зажатая, боится боли, боится новых непривычных ощущений.
Не каждый раз клиенты вдвоем имеют в попку. Вернее, по очереди. Мне не улыбается трахать ее двумя членами в одну дырку, вот в две хочу попробовать.
Даже возбуждаюсь сильнее от картинки, которую мне тут же посылает мозг, из горла вырывается стон, тем более Анечка елозит грудью по постели то ли в попытке сбежать, то ли начиная понимать кайф от анального секса.
– Тихо-тихо, – приговариваю, приставляя головку к слегка растянутой дырочке, откупоренной Захаром.
Член скользит по ней, распределяя влагу. С нажимом ввожу его глубже, проникаю медленно, лишь на пару сантиметров, отчего девчонка принимается ерзать и хныкать, пытаясь избежать участи быть заново оттраханной в попку.
– Ну не надо, – умоляет, а я смотрю, как она изгибает спинку, а кулачки стискивают простыню.
Дрожит в моих руках, отвечая каждый раз содроганием, когда я вставляю член дальше. Он натужно движется вглубь нее.
