Девственница

Эта девочка спасла мне жизнь, в тот момент, когда я не видела вообще никакого смысла существовать дальше. Сейчас я живу только ради неё, понимаешь? Поэтому, не говори, что я на себя навесила её. Она смысл моего существования.

— Это конечно очень смелый и отчаянный поступок, украсть чужого ребёнка.

— Я не крала ее. Ребёнок этим людям не нужен, но им нужны деньги. Если я не выкуплю её, боюсь они продадут кому-то другому… Они уже заговаривали об этом. Стоит только подумать об этом, я прихожу в ужас. Не переживу, если такое случится.

Если понадобится, значит сбегу и буду скрываться. Не в родной город, а в другую страну. Единственное, что меня останавливает от этого — понимание, что Настя тогда вырастет в бегах. Что буду вздрагивать от каждого шороха и шарахаться от каждого полицейского. Разве это жизнь для девочки?

— Ты рассчитывала взять деньги у отца? Поэтому сюда приехала?



— Можно и так сказать, только что толку, если в самый неподходящий момент он умер… Еще и банкротом. Мое вечное везение, — усмехаюсь горько.

 — На наследство рассчитывать не приходится… всё списывается за долги.

— Да, это так, — кивает Вика. — Завтра будет аукцион в доме твоего отца, там все будет продаваться. Сам дом и все имущество.

— Откуда ты это знаешь?! — восклицаю изумленно."

"— Мой муж дружит с одним антикваром. Он и сказал между делом, вот сегодня днем виделись. Завтра собирается туда. Я, кстати, как зашел разговор об этом, сразу о тебе подумала… и вот надо же, вечером такая встреча. Разве не судьба?

Глава 7

— Да, судьба… наверное.

Аукцион доме моего отца, — повторяю задумчиво.

— У тебя такой взгляд, Шахова… Только не говори, что хочешь попасть туда! Не советую. Там собираются криминальные сливки… Будут сражаться за ваш столовый сервиз, — добавляет Вика с хихиканьем, и я в ответ тоже не могу не улыбнуться.

Виснет долгая пауза, в голове вертится куча самых разных противоречивых мыслей, Вика начинает нервно ерзать на стуле. Достает сигарету, затягивается.

— Что такое? Что с тобой, Вилена?

— Ты куришь? — спрашиваю с удивлением.

— Нет. Балуюсь. Не переводи разговор! Скажи же уже! В чем дело-то?

— Не знаю… вдруг кольнуло… Помнишь, я тебе рассказывала, что у отца был тайник?

— Черт, я подумала сейчас о том же! — восклицает Вика. — Мы еще так ржали над этим.

— Это ты меня высмеивала. Я говорила серьезно.

— Хочешь сказать, что после всего что с ним произошло, я имею в виду разорение… он мог оставить там деньги?

— Понятия не имею.