Девственница

— Отпустишь? Пожалуйста, умоляю…

— Я слишком много за тебя заплатил, — кривая усмешка уродует черты красивого лица.

— Я… отдам тебе деньги, — встаю на ноги и забыв о том, что на мне почти нет одежды, бросаюсь к Валиеву. — Я расскажу, зачем пришла сюда… У отца был тайник… Я пришла только поэтому. Мне очень нужны эти деньги, для Насти. Для того чтобы нормально устроиться. Пожалуйста, позволь мне сходить к тайнику. Я все тебе отдам, только отпусти…

— Ты невероятная актриса, Вилена.

— Почему ты мне не веришь? — спрашиваю с отчаянием.

В этот момент раздается стук в дверь. Оборачиваюсь к ней с надеждой, а Тагир — сильно хмурясь. Встает на ноги, и первое что делает — снимает с себя пиджак, накидывает мне на плечи. Я и забыла, что в одном белье… Платье, наверное, не подлежит восстановлению. Как теперь домой доберусь?

— Что? — произносит Валиев. Мне не удается разглядеть, с кем он разговаривает.

— Маргарита Сергеевна ждет…

— Скажи, чтобы не ждала.

— Она сказала, что не уедет…

— Хорошо.

Выйду через пару минут.

Отлично. Тагира ждет женщина, пока он тут мучает меня, заставляя…

У меня снова все переворачивается, ломает и болит внутри.

— Мы пойдем к тайнику? — стараюсь, чтобы голос не дрожал, кутаюсь в пиджак. От перепадов температуры измученного тела, когда-то жар, то озноб, чувствую себя больной и измученной.

— Слушай внимательно. Ты едешь со мной, и повторять я не собираюсь. Не заставляй связывать тебя. Не заставляй вставлять кляп. Именно это я сделаю, только пикни.

— Ты не веришь про тайник?

— Мне плевать.

— Но почему? Если у меня есть возможность расплатиться… Почему ты не можешь принять это?

Глава 10

Увы, ответа я не дождалась. Тагир выталкивает меня из комнаты, возле которой стоят двое высоких мужчин в темных костюмах. Сразу видно, что это охрана, я таких насмотрелась за свою жизнь пока не сбежала от отца. Опускаю лицо, не хочу видеть в их глазах любопытство, или еще что, не важно. Мне хочется провалиться сквозь землю. Не могу понять, зачем Валиев тащит меня с собой, если его ждет женщина.

Приказываю себе не думать об этом. Это его проблемы, а мне нужно вернуться к дочери. И я сделаю для этого все что угодно. Если для этого надо лечь под мужчину, о котором я грезила в юности, чтож, разве это высокая плата? Разве у меня есть право на гордость? Нужно затолкать ее подальше, раздавить внутри…

Так что иду за своим хозяином по пятам, как послушная собачонка. Сердце по-прежнему колотится о ребра.