Девственница

И он безошибочно угадывает это…

— Ты мокрая для меня.

— Это… плохо?

Тагир качает головой, касается губами моего плеча:

— Мне нравится, что заставляю тебя быть такой мокрой.

Он вдруг берет меня за запястье, и кладет мою ладонь на свой возбужденный член. Обжигающе горячий и невероятно твердый. Опускаю взгляд: мне он кажется набухшим до огромных размеров, возбужденным до предела.

— Я больше не могу ждать, — рычит Валиев.

Отстраняется от меня, тянется к верхнему ящику тумбочки. Смотрю непонимающе, пока не показывается небольшая блестящая упаковка, которую разрывает зубами.

Смотрю, не отрываясь как Тагир раскатывает презерватив по члену.

— Ты готова?

— Да, — выдавливаю, задыхаясь. Страсть, вязкая и горячая, несется по венам. Тагир накрывает меня своим телом, проникая внутрь, осторожно, медленно. Чувство давления все усиливается, мне становится больно. Его член словно заполняет меня на полную, мне передается его жар. Вскрикиваю, но губы Тагира накрывают мой рот, заставляя замолчать.

Его губы и язык влажные, горячие, поцелуи полны исступления. Он буквально расплющивает меня своим телом, овладевая с такой настойчивостью, что не успеваю даже дышать. Входит еще глубже, я вскрикиваю.

— Тсс… Больно?

— Немножко.

— Доверяй мне, детка. Станет лучше.

Просунув руку меж нашими телами Тагир находит клитор, начинает ласкать, двигаясь осторожно, постепенно делая толчки более глубокими. Постепенно и правда становится полегче. А потом и вовсе, что-то происходит, пальцы Тагира гладят место, которое словно искры из меня высекает.

Так хорошо… невероятно просто. А боль от его размера, от того что переполняет меня, будто до самого сердца достает членом, только усиливает наслаждение. Обвиваю его бедра ногами, прижимаюсь, издаю бесстыдные стоны, которые уже не могу контролировать. Толчки все сильнее, и я встречаю из с упоением. Отдаваясь полностью во власть этого мужчины. Млея от одного осознания этого.

Приподняв мои колени, Тагир начинает врываться в меня резкими и быстрыми толчками.

Они отдаются во мне сладкой болью и раздирающим на части удовольствием. Он толкается мощно, до упора, и я теряюсь в сумасшедшем водовороте, тону, захлебываюсь. С каждым его проникновением с губ срывается стон. Невыносимо. Порочно. Сладко.

Взрыв накрывает меня совершенно неожиданно. Безжалостно. Судорога скручивает тело, спазмы прошивают насквозь, до кончиков пальцев. Сильные толчки Тагира продляют этот невероятный взрыв.