В уголках рта были надрывы, последний жесткий минет, когда Александр просто вытрахал ее бедный рот, давал о себе знать. Диане было немного грустно, что не все ее умения пригождались в играх с Александром. Она могла бы доставлять его на вершину блаженства каждый раз, когда он только захотел бы, но пока у нее не было возможности проявить себя и показать свою любовь хозяину в полной мене, на что она была заточена.
Вспоминая их нежные игры в саду, она возбудилась и стала себя ласкать. Оргазм наступил быстро и раскрасневшаяся девушка довольно улыбнулась своему отражению.
“Все будет хорошо, я это точно знаю!” – Диана пошла в комнату и снова заснула, предвкушая завтрашний день, который подарит ей возможность угодить своему хозяину. Больше она не упустит эту возможность.
***
Следующее утро было для Дианы мучительно долгим. Она проснулась рано и ходила из угла в угол, не зная, чем себя занять. Она не знала, когда просыпается хозяин и когда он захочет ее снова.
На стене висели часы, и Диана каждые пять минут смотрела на них, гадая, сколько же ей еще понадобиться ждать.
В десять часов послышалось шарканье и за дверями послышалось лязганье связкой ключей.
Дверь отворилась и пожилая неприятная женщина вкатила в комнату сервировочную тележку с подносом. Она сухо поздоровалась и удалилась. Диана услышала, как дверь снова заперли снаружи.
Она приподняла железную крышку с красивой и огромной тарелке и увидела там завтрак.
“Да тут на несколько человек хватило бы! Столько всего и выглядит очень красиво”, – изумилась Диана и с удовольствием приступила к трапезе.
Александр не спешил к своей новой игрушке и Диана скучающе смотрела в панорамную стену, за которой кипела настоящая жизнь: росли цветы, летали бабочки, сквозь листву был едва виден бассейн с лазурной водой.
Диана много слышала о бассейнах из тайных запретных историй, но никогда их не видела. Наблюдая за миром, спрятанным от нее за стеклом, она не замечала, как пролетают минуты. Ей казалось, что она может вечно любоваться этим видом и ей никогда не надоест.
Иногда Диана начинала размышлять и ловила себя на преступной мысли, что ради этой природы и возможности постоянно находиться среди деревьев и цветов ради того, чтобы чаще видеть солнце – ради этого она, возможно, отказалась бы от того счастья, что выпало на ее долю: быть женщиной.
В понимании Дианы, быть женщиной, это означало быть вещью мужчины, выполнять все его приказы и жить только ради того, чтобы ублажать его похоть.
