Девственность по контракту

"Глава 1

Карделия

– Держи и ознакомься.

Мачеха положила передо мной на письменный стол свиток. Красная сургучная печать излучала потоки магии, сообщая о силе клятвы заключенного контракта. Белоснежный пергамент местами примялся, четко отпечатались следы от пальцев, будто его довольно часто открывали и просматривали. Хотя обычно документы подобного толка заключались один раз, а потом хранились взаперти, как гарант исполнения обязательств всеми сторонами.

– Что это? – я даже не попыталась взять предложенное, вновь перевела взгляд на мачеху.

Она сидела передо мной в высоком кожаном кресле. Тонкие губы кривились в ядовитой усмешке, серые глаза смотрели холодно, с мрачным предвкушением. Она постукивала ногтями по деревянному подлокотнику кресла и лишь повела плечом, явно не считая нужным отвечать.

Зло стиснув челюсть, я подалась вперёд в своём кресле и все же схватила проклятый документ. Не ждала ничего хорошего. После того, как мой дар заблокировали раньше, чем дар сводной сестры, всем стало ясно, что я скрывала истинный уровень своих сил.

Как я не ругала себя, но руки дрожали, пока я развязывала тесьму и разворачивала свиток. От мачехи можно было ожидать чего угодно. Но пока она мой законный опекун, мне нечего ей противопоставить.

– Этот контракт, – охрипшим от волнения голосом проскрежетала я, – на инициацию.

– Всё верно, – сухо ответила мачеха‚ кивнув. – Моя инициация пройдёт не так, – теперь руки дрожали от негодования, сердце билось о грудную клетку, как бешеное. – Вы не посмеете!

Я подскочила с места, отбрасывая свиток на отполированную столешницу письменного стола.

Сила кипела в груди под действием моей ярости, но не могла вырваться наружу из-за блока. Только ярче было подступающее к горлу отчаяние. Оно горечью растекалось на языке, опаляло огнём мысли, не позволяя оценивать ситуацию здраво. – А ну сядь, дрянь! – рявкнула она.

Я вздрогнула от неожиданности. Раньше мачеха никогда не повышала на меня голоса. Между нами царила атмосфера истинного притворства. Я не мешала ей и делала вид, что довольна её управлением семейным бюджетом.

А она в свою очередь не донимала меня и не требовала приездов из академии в родовое гнездо. Жила на широкую ногу, баловала свою дочь. А мне доставалось лишь урезанное содержание.

Недовольно поджав губы, вновь заняла кресло. Пытаясь успокоиться, поправила юбку формы академии. Я ведь только с дороги. Думала, мачеха просто желает поприветствовать меня после долгого отсутствия в семейном поместье.