Думаю, дай кого попрошу, чтобы разузнал, где же вы с молодым графом запропали? Вдруг с каретой чужой столкнулись. Носятся же сейчас все, как оглашенные, не то, что в минувшие времена. — Эмми на секунду умолкла, переводя дух. — Что же тебе, голубка моя, в батюшкиной библиотеке понадобилось? Не надо бы… От книжного запаха может испортиться цвет лица.
— Не переживай, Эмми, — успокоила ее Алес, призывая все терпение. — Если хочешь, могу открыть окно.
— Ни в коем разе! — всполошилась старушка. — Тебя просквозит.
Помнишь, как после самого рубежа детства с больным горлом лежала?
— Ага…
Алесия задумчиво осмотрела полки, размышляя, с чего начать. Кэрин особых указаний не дала, попросив выбрать что-нибудь на свой вкус. А что интересует ее саму? В первую очередь — география. Потом — история. Законы. Если попадется, можно еще захватить учебник манер. Вдруг пригодится?
— … вот в замке твоего батюшки, там библиотека. — не останавливалась Эмми, успев сменить пару тем. — А это он купил уже в последние годы, но не успел перевезти.
Я так мальчику Аллана и сказала. Книги должно в замке хранить…
— Какому мальчику? — не поняла Алес.
— Новому графу. Он со своим отцом на одно лицо. — тут же пояснила старушка. — Я как его вижу, так сразу вспоминаю, как Аллан по замку бегал. Шустрый мальчуган…"
"Под рассказ об отце Лайона, девушка успела просмотреть книги на первой полке и отложить одну, с многообещающим названием — «Землеописание сопредельных земель».
Должно быть, география соседних стран. Пригодится.
— … это в более старшем возрасте он начал стихи писать. — донеслось до слуха.
Разговор следовало слегка поддержать. Пусть старушка не чувствует себя обделенной вниманием. Несколько дней можно и перетерпеть. Поэтому Алесия со всей искренностью произнесла:
— В самом деле?
— И еще как!
Если верить словам пожилой женщины, Аллан из активного ребенка постепенно вырос в мечтательного юношу. Писал стихи, любил музыку, выбирался за пределы замка погулять под луной.
К этим его чудачествам старые господа относились снисходительно, предпочитая муштровать Осберта — как наследника. А младшего сына просто любили.
Слушая вполуха, Алесия отложила «Землеописание величайшего из королевств» (кто бы сомневался, что речь о новой родине). «Династии и монархи». «Словоизмышление об основах законопорядка со времен Гартиха мудрого» — тут даже у внутреннего голоса заплелся язык.
