За один год и четыре месяца до…
— Вот же гад! Мерзкий старикашка! — в стену полетел изящный бокал. — Он специально все это подстроил! Мне назло!
— Ка-арис? — рыжеволосая девица подалась вперед, но была грубо отпихнута в сторону.
— Отстань! Мне сейчас не до тебя! — наполнив новый бокал, мужчина одним залпом осушил содержимое. — Я столько лет ждал. Терпел эту блеклую клушу. И все ради чего?
— Ради чего? — пискнула Сантия, глядя из угла испуганными глазами.
Карис зарычал и, швырнув очередной бокал, допил остатки прямо из бутылки.
— Меня сегодня очень вежливо уведомили, что супруге не полагается ничего. Его сиятельство рассудил, что не хочет прерывать фамильную линию, поэтому завещал все, сыну младшего брата!
— Ты никогда не упоминал, что у старого графа были родственники…
— Я слышал, что у него имелся младший брат. — мужчина тяжело опустился в кресло. — Но больше двадцати лет назад, там приключилась какая-то нехорошая история. Младший виконт порвал со своей семьей, и уехал. А теперь… все состояние получит его сын!
— И ничего нельзя сделать? — девица моргнула.
— Как граф Бартон мог так обидеть свою дочь?
— О-о-о… В завещании отдельно упомянуто, что его любимая дочурка давно замужем. А значит, заботиться о ее благосостоянии должен муж.
Карис глухо рассмеялся, а потом, внезапно помрачнев, прибавил:
— Я никогда не нравился старику. Да и он был очень против этого брака.
Покинув дальний угол, Сантия рискнула подойти поближе.
— Ты никогда не говорил… Почему же он позволил вам пожениться?
Мужчина отмахнулся от нее, как от надоедливой мухи, оставив вопрос без ответа.
Его жгла бессильная злость. Из-за какой-то гадкой бумажки, все многолетние планы пошли прахом. Столько усилий, чтобы очаровать эту глупую курицу, терпеть ее присутствие в своем доме, и ждать… Ждать. И все ради того, чтобы деньги в последний момент уплыли из-под носа.
— Я отомщу… — выдохнул он, сжав кулак. — Жаль, что старик Бартон уже сдох. Ну что ж… Значит, придется этой бессловесной курице ответить за решение своего отца.
Рыжеволосая девица вздрогнула.
— Карис, пожалуйста… — пискнула она, — Что ты задумал? Может не стоит?
Мужчина больно ухватил ее за прядь волос и притянул к себе.
— Боишься? — прошипел он, глядя в чуть подкрашенные глаза."
"— За тебя! — Сантия обиженно надула губы и выпутала из его пальцев свой локон. — Вдруг ты сделаешь что-то такое, что осуждается законом? И попадешь в тюрьму… Кто тогда будет дарить мне серьги и броши с жемчугом?
Карис глухо расхохотался.
