Теряться в догадках, с каким подарком подойти к девушке, ему ранее не доводилось. Но и терять контроль над своими эмоциями, как случилось в комнате Ашель, тоже. Хотя, признаться, повод у него был важный. За всю свою уже довольно продолжительную жизнь Арэт ни разу не встречался с таким отношением к артефактам. Их берегли, ценили, восхищались, хранили, порой воровали… Но чтобы портить? Это же АРТЕФАКТЫ!!! Самое лучшее, что может быть в мире.
Из временного пристанища изобретательницы ящер вылетел как ошпаренный, чтобы не прибить случайно это желтоглазое чудовище в порыве гнева.
Судорожно прижимая к груди искалеченную скрижаль, он ворвался в свою комнату, захлопнул дверь и, закрыв на всякий случай глаза, дрожащими пальцами потер металлическую пластину, думая о своем родном логове. Арэт ждал секунду, две, три… десять, но ничего не происходило. Ни падения пусть с небольшой, но высоты, ни характерного звука от столкновения с водой, ни даже мокрых ног!
«Не работает! – тревожным набатом стучало в висках.
– Она ее испор-р-ртила! – Блондин открыл глаза с мыслью, что одну мелкую шельму он придушит лично, не доверив это важное дело никакому пришлому убийце, и оторопело уставился на собственное отражение в зеркале. В знакомом таком зеркале, том самом, что уже века три висело в его личной ванной комнате. В небольшом бассейне поблескивала набранная для ориентира вода, но сам дракон стоял не в нем, а рядом.
– Не испортила? Настроила? Ну… надо же».
Он присел на бортик и задумчиво уставился на скрижаль. Злость, перешедшая в раздражение от самодеятельности Ашки, вступила в спор с проснувшейся драконьей практичностью. С одной стороны, так изуродовать ценный предмет – это просто кощунство. Неужели нельзя было как-то поэлегантнее оформить нововведение? Цветочек там изобразить, рыбку, птичку… ящерку, в конце-то концов! Она отлично смотрелась бы на белой пластине! Мужчина неодобрительно скривился, глядя на самую обыкновенную гайку, которую изобретательница невесть чем приварила к полированной поверхности.
С другой стороны, отрицать благотворное влияние этой уродливой детали на свойства артефакта дракон не мог. Оказываться рядом с водоемом вместо того, чтобы приводняться прямо в него, было, безусловно, приятно.
