Ее откровение было сродни размыву плотины: поначалу через маленькое отверстие сочится тонкая струйка воды, затем через размытый грунт идет более устойчивый поток, а потом плотина рушится.
Она поведала ему о том, как ночами ждала Кевина, не зная, где он. Об ужасных домах, в которых они жили, и неоплаченных счетах. Она говорила о работе официанткой, уборщицей, няней и садовником. О том, как пыталась сделать так, чтобы семья не развалилась.
И чем больше Кайла работала, тем чаще Кевин саботировал все, что она делала, теряя к ней интерес.
Он стал унижать ее сначала в уединении собственного дома, а затем на людях.
– Бывает время, – наконец сказала она, – когда я испытываю облегчение оттого, что он умер.
Она раскрыла ему свой самый большой секрет. Но был и еще один.
Кайла ждала, когда Дэвид с ужасом отреагирует на ее признание, которое никто и никогда до него не слышал. Но вместо этого он продолжал молча сидеть на крыльце рядом с ней. Пес уснул у нее на руках. Кайла вдруг почувствовала, что совсем не считает себя виноватой.
Они вышли наружу – ее позорные и тщательно охраняемые секреты. Она испытывала облегчение, ей стало легче дышать."
"Внезапно Кайле показалось, что она вольна свободно ходить по полю своих воспоминаний, не боясь подорваться на воображаемой мине.
Дэвид не оттолкнул ее. Наоборот, он обнял ее за плечи и прижал к своему сильному телу.
И тут Кайла поняла, что давным-давно простила Кевина.
После его смерти она злилась и ни за что не желала его прощать. Она считала, что он предал ее из-за своей беспечности.
Но теперь она осознавала, что прежде злилась на Кевина из-за собственного бессилия.
А еще она сильнее сердилась даже не на Кевина, а на саму себя. Она не могла простить себя за неправильный выбор. За то, что так усложнила свою жизнь.
Сидя на крыльце в объятиях Дэвида, она чувствовала себя сильной и ожившей и впервые за долгое-долгое время поверила в хорошее будущее.
Кайла не думала о покупке кафе или спасении дома от разорения. Она ощущала, как возродилась ее душа.
– Почему ты вышла за него замуж? – хрипло спросил Дэвид.
В его голосе слышалась забота, он словно догадался, что Кайла должна раскрыть ему последний секрет.
Она вздрогнула. Последний секрет. О чем никто и никогда не знал. Ни ее родители. Ни родители Кевина. Ни ее лучшая подруга.
– Я была беременна.
– Понятно, – тихо сказал он.
– Ты бы им гордился, – произнесла она. – Он хотел, чтобы мы поженились. Он собирался поступить благородно.
