Девушка, которая застряла в паутине

Серьезное, спокойное, обычно такое корректное новостное агентство распространило статью, которая вкратце сводилась к тому, что Микаэль препятствует расследованию убийства, скрывая решающую информацию, которую собирается сначала опубликовать в «Миллениуме». Целью Блумквиста являлось спасение журнала от финансовой катастрофы и восстановление собственного «подпорченного реноме».

О том, что статья готовится, Микаэль знал. Накануне вечером он имел долгий разговор с автором статьи Харальдом Валлином. Но даже не мог себе представить, что результат окажется таким убийственным – особенно поскольку все это представляло собою одни дурацкие намеки и беспочвенные обвинения.

Тем не менее Харальду Валлину удалось соорудить нечто, казавшееся прямо-таки обстоятельным и достоверным. У парня явно имелись хорошие источники как в «Сернер», так и в полиции. Заголовок, правда, звучал всего лишь как «Прокурор критикует Блумквиста», да и содержание статьи оставляло Микаэлю много возможностей для защиты. Сама по себе эта информация наносила не слишком большой урон.

Но его враг, спланировавший этот материал, хорошо знал логику СМИ. Если такой серьезный распространитель новостей, как Телеграфное агентство, публикует подобную статью, то всем остальным это не просто дает законное право присоединиться – это является предписанием ужесточить свои позиции. Если Телеграфное агентство шипит, то вечерним газетам следует рычать и бить тревогу. Это – старый журналистский основополагающий принцип, и поэтому Микаэль, проснувшись, увидел в Интернете такие заголовки, как «Блумквист препятствует расследованию убийства» и «Блумквист, желая спасти свой журнал, позволяет убийце избежать наказания». Газетам, правда, хватило дружелюбия, чтобы заключить заголовки в кавычки. Но все-таки возникало общее впечатление, что к утреннему кофе представили новую правду, и хроникер по имени Густав Лунд, утверждавший, что устал от лицемерия, написал во вступлении: «Микаэля Блумквиста, который всегда норовил ставить себя немного выше других, теперь разоблачили как самого главного циника из всех нас».

– Будем надеяться, что они не начнут размахивать юридическими принудительными мерами, – заметил дизайнер и совладелец Кристер Мальм, стоящий рядом с Микаэлем и нервно жующий резинку.

– Будем надеяться, что они не вызовут сюда морских пехотинцев, – ответил Блумквист.

– Я пытаюсь шутить. Это просто глупость.

– Естественно. Но мне не нравится твой настрой, – сказал Кристер.

– Он никому не нравится.