Девушка, которая застряла в паутине

– Мы не можем предать их, Эрика. Лисбет ранена. Ситуация просто отчаянная.

– Если она ранена, ей надо в больницу.

– Но она отказывается. Она хочет любой ценой защитить мальчика.

– Чтобы он смог спокойно рисовать убийцу?

– Слишком большая ответственность, Микке, и слишком большой риск… Если с ними что-нибудь случится, виноватыми окажемся мы, и это погубит журнал. Мы не должны заниматься охраной свидетелей, это не наша задача. Это прерогатива полиции – подумай только, как много вопросов технического и психологического свойства могут повлечь за собой эти рисунки! У проблемы должны быть какие-то иные пути решения.

– Наверняка – если бы мы имели дело с кем-то другим, а не с Лисбет Саландер.

– Мне иногда так надоедает, что ты ее вечно защищаешь…

– Я просто пытаюсь смотреть на ситуацию реалистически. Власти грубо предали Августа Бальдера и подвергли его смертельной опасности, и я знаю, что Лисбет это приводит в ярость.

– И, по-твоему, мы должны с этим мириться?

– У нас нет другого выхода. Она вне себя и сейчас болтается где-то, и ей некуда податься.

– Тогда отвези их в Сандхамн.

– Мы с Лисбет слишком тесно связаны. Если только выйдет наружу, что это она, все мои адреса сразу начнут проверять.

– Я что-нибудь найду.

Эрика сама едва верила, что произнесла это. Но с Микаэлем всегда так – когда он о чем-нибудь просил, она не могла отказать – и знала, что с его стороны дело обстоит так же. Ради нее он пошел бы на что угодно.

– Отлично, Рикки. Где?

Она попробовала прикинуть, но в голову ничего не приходило.

– Мне надо подумать, – сказала Бергер.

– Думай быстро, а потом сообщи адрес и описание дороги Андрею. Он знает, как действовать.

Эрика почувствовала, что ей нужно выйти на воздух, поэтому она спустилась по лестнице, вышла на Гётгатан и направилась в сторону площади Медборгарплатсен. В голове у нее тем временем проносилось одно имя за другим, но все они казались ей неподходящими. На карту поставлено слишком многое, и она видела минусы и недостатки у всех, о ком думала, а если и не видела, ей не хотелось подвергать их риску или беспокоить подобным вопросом – возможно, потому, что он все время не давал покоя ей самой.

Вдали завыла сирена полицейской машины, и Эрика посмотрела в сторону парка, станции метро и возвышающейся на холме мечети.