Девушка, которая застряла в паутине

Она по-прежнему казалась застенчивой. Они медленно пошли вверх по «горбушке» Хурнсгатан, мимо целого ряда галерей.

– Как приятно пройтись здесь с вами, – сказала Ребекка.

– Получилось несколько неожиданно…

– Не совсем так, как я предполагала, проснувшись сегодня утром.

– А что вы предполагали?

– Что будет так же скучно, как обычно.

– Не знаю, веселая ли я сегодня компания. Я довольно сильно поглощен кое-каким материалом.

– Вы работаете слишком много?

– Можно и так сказать.

– Тогда вам просто необходим маленький перерыв, – сказала она, улыбнувшись обворожительной улыбкой, неожиданно полной желания или какого-то обещания

В это мгновение что-то в Ребекке показалось Микаэлю знакомым, как будто он уже видел эту улыбку – только по-другому, в каком-то искажающем зеркале.

– Мы раньше встречались? – спросил он.

– Не думаю. Если не считать того, что я, разумеется, тысячи раз видела вас на фотографиях и по телевизору.

– И вы никогда не жили в Стокгольме?

– Только в детстве, будучи совсем маленькой.

– А где вы тогда жили?

Ребекка неопределенно указала рукой вдаль по Хурнсгатан.

– Прекрасное было время, – сказала она. – О нас заботился отец. Я иногда об этом думаю. Мне его не хватает.

– Его уже нет в живых?

– Он умер слишком молодым.

– Да, иногда мне его по-прежнему не хватает… Куда мы идем?

– Даже не знаю, – ответил Блумквист. – Тут чуть подальше, на Бельмансгатан, есть паб, «Бишопс Армс». Я знаком с его владельцем.

Ее лицо вновь приобрело смущенное, робкое выражение, и ее рука опять коснулась его пальцев – на этот раз он не был так уверен, что неумышленно.

– Или это недостаточно изысканно?

– Нет, нет, наверняка вы правы, – извиняющимся тоном произнесла она. – Но в пабах я часто чувствую, что на меня пялятся. Я сталкивалась со многими свиньями…

– Могу себе представить.

Ребекка снова уставилась в землю и покраснела. Поначалу Микаэль подумал, что ошибся.

– Вы не хотели бы вместо этого пригласить меня к себе домой на пару бокалов вина? – продолжила она. – Это было бы приятнее.

Микаэль колебался. Ему требовалось выспаться и быть завтра с раннего утра в хорошей форме. Тем не менее он согласился.

– Конечно, разумеется.