Так же как и другие члены их женской бригады, Хелена считала, что правительство и другие институты, которые должны были заниматься этими вернувшимися с войны героями, делают для них недостаточно. Неудивительно, думала она, что многие из них организовывались в банды, которые не могли найти ничего лучшего, чем бродить по дорогам и сеять смуту среди местных рабочих.
Сознавая, что является просто женщиной, чье мнение ничего не значит, она вздохнула и принялась резать хлеб на ровные куски, что было ее обязанностью в этот день.
Дженни, услышав ее вздох, моментально оторвалась от складывания этих кусков в корзины и обратилась к подруге.
— Я надеюсь, что этот вздох не означает, что работа начинает тебе надоедать, Хелена, — сказала она, бросая на нее озабоченный взгляд.
— Боже упаси, нет! — запротестовала Хелена. — Я просто думала о том, как все несправедливо.
— Ну, уж не все, — засмеялась Дженни. — Из того, что рассказывала мне Лотти, я заключила, что вы с ней ведете в последние дни довольно бурную и веселую жизнь.
— Изнурительную, это да, — признала Хелена, слегка пожав плечами. — Но насчет того чтобы веселую, я бы так не сказала. — Затем, замолчав, она в задумчивости посмотрела на подругу. — Однако это напомнило мне, что я хотела тебя спросить кое о чем. Это… — Она покраснела и вернулась к своей работе. — Вчера вечером произошло нечто странное, и я бы хотела узнать, не смогла ли бы ты мне кое-что объяснить.
— Тогда вперед, — приободрила ее Дженни, чье природное любопытство немедленно было возбуждено.
Заколебавшись, Хелена с зардевшимися щеками сумела изложить приведшие ее в замешательство события предыдущего вечера. В конце рассказа она вопросительно взглянула на Дженни и увидела, что та внимательно смотрит на нее.
— Ее светлость графиня пыталась убедить меня в том, что такая… активность общепринята среди представителей сильного пола, — поспешно продолжила она. — Но я не могу поверить, что джентльмены, вроде моего отца или брата, могли бы когда-нибудь заниматься такими вещами.
Дженни грустно улыбнулась."
"— Они бы постарались скрыть это от нас, — заверила она подругу. — Я сама узнала, что поведение многих джентльменов, когда их не видят близкие и дорогие им люди, часто очень далеко от того, что от них можно было бы ожидать. «Вечные обманщики», как сказал поэт.
Глаза Хелены расширились.
— Это, конечно, не может относиться к доктору Редферну?
— Томасу? — задумчиво произнесла Дженни, слегка нахмурившись. — Трудно сказать.
