Сняв со своего локтя ее руку, он обратился к ней с легкой улыбкой:
— Наш танец, мисс Витли, я полагаю.
Хелена отпрянула от него, отрицательно замотала головой:
— Но это вальс, милорд, а я, как вы знаете, еще не выучила па."
"— О, бросьте, мисс Витли, — тихо проговори и он. — Что сталось с той отвагой, которую вы демонстрировали раньше? Это очень просто, уверяю вас.
Придя в замешательство от вызывающего блеска его глаз, Хелена заколебалась. Наблюдая за танцующими некоторое время назад, она имела возможность запомнить некоторые движения и пришла к заключению, что вальс и в самом деле не сложный танец.
Кроме того, мысль о том, что Маркфильд будет держать ее так близко, была для нее очень притягательной. Тем не менее, боясь снова сделать из себя посмешище, девушка неохотно продолжала сопротивляться.
Но когда Дженни провальсировала возле нее, крикнув: «О, ты обязательно должна попробовать, Хелена!» — она почувствовала, что ее решимость слабеет.
Заметив ее колебания, граф быстро воспользовался возможностью и, прежде чем она успела собраться с духом, повел Хелену в круг танцующих.
— О, милорд, — взмолилась она. — Вы не должны заставлять меня!
— Расслабьтесь и предоставьте мне остальное, — прошептал Ричард, глядя на нее смеющимися глазами и обнимая ее за талию. — Просто подчиняйтесь ритму — а я не подведу, уверяю вас. Положите руку мне на плечо — и вперед!
И, не давая Хелене времени задуматься о последствиях его действий, Ричард закружил ее по паркету. К счастью, ее врожденное чувство ритма вкупе со многими годами обучения музыке быстро пришли ей на помощь.
С радостно забившимся сердцем Хелена подчинилась умелым движениям графа и сразу же была подхвачена стремительными тактами вальса.
С каждой минутой она танцевала все уверенней и во многом благодаря терпению и искусному ведению Маркфильда быстро освоила многие повороты. Ее глаза блестели от восторга, когда, улыбнувшись ему, она воскликнула, прерывисто дыша: — О, Дженни была права! Это потрясающее ощущение!
Ричард, чье сердце было переполнено опьяняющей смесью возбуждения и гордости, должен был признать, что так оно и есть, это было потрясающе, но не только из-за самого танца, а от неописуемой радости от того, что наконец он держит Хелену в своих объятиях.
Если бы одна из его рук была свободна, Ричард ущипнул бы себя, чтобы убедиться, что это происходит на самом деле, а не является одним из причудливых снов, мучивших его в последнее время.
