Девушка с кулоном на шее

В четверть восьмого дежурный осторожно тронул Гурова за плечо и, когда Лев открыл глаза, сообщил, что пришло письмо от московских коллег. Лев нехотя встал и поплелся за дежурным. Письмо отправил Жаворонков. Он оказался на высоте: определил, что участник аукциона отправлял свои запросы с одного и того же ай-пи адреса, предположил, что тот пользуется так называемым статическим адресом, получил этому подтверждение, после чего работы осталось на один телефонный звонок и один визит к интернет-провайдеру. По официальному запросу те выдали Жаворонкову реальный адрес регистрации покупателя кулона, его фамилию и имя, а заодно и все имеющиеся в базе данные.

Их-то и отправил Жаворонков полковнику.

Покупателем оказался некий Эдуард Ляхов, тридцати восьми лет от роду, проживающий в Москве на проспекте Вернадского. Жаворонков не поленился и проехался до проспекта. В доме на Вернадского ему сообщили следующее: квартиру в мансардном этаже занимает свободный художник, пользующийся спросом у богатых москвичей.

Имеется у Ляхова и мастерская, в том же доме, где и основное жилье. Своей галереей Ляхов пока не обзавелся, но все к этому шло. В настоящий момент он отсутствовал, и уже довольно продолжительное время. Прелесть работы свободным художником заключается в том, что работа твоя не привязана ни к месту, ни к графику, так что в отлучке Ляхова соседи ничего необычного не видели. Сколько отсутствовал художник? Да несколько месяцев, не меньше полугода. Правда, куда конкретно уехал, сказать не смог никто, включая охранника, на которого была возложена обязанность следить за квартирой.

В ответном письме Гуров велел Жаворонкову найти агента Ляхова, во что бы то ни стало выяснить, куда уехал художник, а заодно показать ему снимок Гудини. Гуров был почти уверен, что Гудини и Ляхов – один и тот же человек. Выяснить имя свидетеля он посчитал крайне важным и для расследования, так что напрягал Жаворонкова не из праздного любопытства.

Ложиться досыпать Гуров не стал. Поднимать в такую рань экспертов-криминалистов посчитал бестактностью, поэтому просто сидел в кабинете и продолжал крутить факты, пристраивая каждое на свое место в истории Гудини.

Ему предстояло решить сложную задачу: как выманить Рогоза из подполья? Как заставить его обозначиться? В том, что Рогоз жив, он почти не сомневался. Ну, не мог всю грязную работу провернуть Закир. Не мог, и все тут. Способностей не хватило бы, опыта в криминальных делах недостало бы.