Девушка с кулоном на шее

Полковник уже не считал его бесполезным балластом, поэтому мог поручить ему сопровождение и не беспокоиться о том, что тот что-то упустит или сделает неправильно.

Сам же Гуров должен был успеть обойти кладбище, прежде чем начнется церемония. На случай, если Рогоз приедет раньше. На кладбище он приехал один, отправив Стасика за Надеждой. Как-никак, а они были подругами, и в официальных документах Надежда числилась как человек, изъявивший желание взять на себя заботы о похоронах. Обойти кладбище заняло десять минут. Никого, кто бы хоть отдаленно был похож на Рогоза, Гуров не встретил.

Пообщался с копальщиками, перекинулся парой слов со смотрителем кладбища, поприветствовал пожилую вдову. На этом обход закончился.

Правда, ждать оставалось совсем недолго. Спустя еще десять минут у кладбищенских ворот остановился катафалк, из которого один за другим стали выходить люди. Пришел сосед по квартире Рогоза, несколько человек из персонала базы отдыха, парикмахерша Надежда в сопровождении Стасика, вот и все провожающие.

Чуть позже, когда гроб с телом Альбины несли к могиле, подъехал Закир на личном автомобиле. Он кивком поздоровался с Гуровым, встал чуть в стороне от могильной ямы, скрестил руки на груди и замер.

Церемония шла своим ходом. Немногочисленные люди произносили надгробные речи, а Гуров все высматривал Рогоза. Но того видно не было. Ни одного мужчины на всем кладбище, если не считать тех, кто в данный момент стоял у могилы. Когда начали забивать крышку гроба, Надежда заплакала. Стасик неумело обнял девушку за плечи, притянул к груди.

Она восприняла этот жест как должное. Уткнулась носом в его рубашку и дала волю слезам.

Вскоре церемония подошла к концу. Первым покинул кладбище Закир, вновь попрощавшись с присутствующими сухим кивком головы. За ним потянулись сотрудники базы отдыха. Они гуськом поднимались в автобус, который должен был отвезти их до базы, где в столовой ждал поминальный обед. Надежда все никак не хотела уходить с могилы, Стасику пришлось чуть ли не волоком тащить ее.

Бросив на Гурова тоскующий взгляд, он негромко проговорил:

– Я уж с ней до конца, ладно?

Гуров махнул рукой, отпуская стажера на все четыре стороны. Он хотел, чтобы все поскорее разошлись. Тогда у него появится возможность издали понаблюдать за могилой, и, кто знает, может, Рогоз все же придет? Автобус уехал, Лев прошел до сторожки смотрителя, сел в тени на лавочку и прищурил глаза. Солнце палило нещадно. Глаза слепило даже сквозь жидкую листву чахлой березы.