Девушка с кулоном на шее

 – Простите за грубость. Трус он, он подтянуться толком не может, а вы про месть.

– Не сам, а позвал кого-то на помощь, только они, допустим, опоздали. И тогда тот, другой, стал мстить вместо Лопухова. Такое возможно?

Варя уставилась в окно тоскливыми глазами и отрицательно покачала головой. Наверное, на нее снова нахлынули воспоминания унизительного насилия, которое ей пришлось пережить, боль в душе. А может, еще и предательство преданного друга. Человека, которого она считала преданным другом.

А он оказался трусом. Но так ли все это?

Гуров снова и снова расспрашивал девушку, предлагал варианты, но Варя только меланхолично качала головой и отвечала односложно. Не знала она такого человека, кто бы смог по собственной инициативе взяться за такую месть. Кто был бы в состоянии выполнить все, о чем рассказывал полковник Гуров. А через полчаса, когда Варя уже ушла, в кабинет быстрым шагом вошел Бурмистров. Майор был, как обычно, сосредоточен и деловит.

– Была потерпевшая? Уже допросили, Лев Иванович? – снимая пиджак и вешая его на плечики, начал расспрашивать Гурова оперативник.

 – Прояснили что-нибудь?

– Нет, Максим, Варя понятия не имеет, кто бы мог за нее таким образом мстить. А других вариантов мотивации этого неизвестного человека у меня нет. Не могу я придумать другого повода убивать именно эту троицу. Может, они еще что-то натворили втроем, и им мстят за другое? Но я уже проверял и эту версию, и десяток других.

– Тогда я вас окончательно расстрою, Лев Иванович, – усаживаясь за стол напротив, сказал Бурмистров.

 – Все, что мне удалось разузнать об Александре Лопухине, говорит за то, что он тут ни при чем.

– Точно? – без всякого энтузиазма спросил Гуров.

– Куда уж точнее. – Бурмистров сложил руки перед собой и начал монотонно излагать привезенные сведения: – По натуре Лопухов рохля и слабак. Им все помыкали в свое время, только многим это быстро надоедало. Варвара Ягодина взяла его под свою опеку. Как бы это поточнее сказать – не стала давать его в обиду парням, да еще кичилась этой своей ролью.

А Лопухов начал перед ней пресмыкаться. Мальчик на побегушках, к тому же влюбленный в девчонку по уши. А Варе лестно, что он ее желания угадывает.

– Так, может, такая любовь к девушке и была волшебством, которое из рохли сделало героя? – предположил Гуров. – Нет?

– Нет, героя из него не сделать, физические кондиции не те. Абсолютно неспортивный паренек.