Девушка с кулоном на шее

Неожиданность была полной. Надо было как-то выпутываться, потому что продолжать разыгрывать из себя представителя аспирантуры уже глупо. Не хватало еще, чтобы его прилюдно обвинили во вранье.

– Вы? – удивилась Петровская, глядя на полковника.

– Я, – кивнул он. – Здравствуйте, Алла Валерьевна. Я говорю, нам в отделе аспирантуры дали адрес Кирилла Марецкого. А вы-то здесь какими судьбами, Алла Валерьевна?

Петровская была умной женщиной. Лев отметил это еще в первый день общения с ней. И сейчас она не стала задавать ответных вопросов вроде: «А вы сами-то какими судьбами, вас сюда что привело?» Посмотрела на гостей, потом на встревоженную хозяйку квартиры и сказала:

– Соня, это товарищи из полиции.

Наверное, еще что-то случилось. Ведь так, Лев Иванович? С Кириллом?

Они сидели в чистенькой гостиной. Точнее, сидели женщины и Гуров перед ними в кресле, а Лысаков с самым серьезным видом подпирал плечом косяк и прислушивался к звукам из-за входной двери. Вдруг там сейчас начнет поворачиваться в двери ключ и выяснится, что домой вернулся Марецкий.

Петровская держала за руку Софью, а та прижимала платочек к глазам, судорожно всхлипывая.

Все объяснилось просто. Софья Гончаренко была двоюродной бабушкой Кирилла. Это она настояла или упросила его переехать жить к ней и не мотаться по съемным квартирам и общежитиям, откуда у аспиранта такие деньги, чтобы оплачивать жилье. А с Аллой Валерьевной они были давними подругами.

– Алла Валерьевна, – заговорил Гуров и сделал паузу, чтобы Петровская поняла, что вопрос серьезный.

 – Хорошенько вспомните и скажите мне, вы не рассказывали Софье Николаевне о девушке, которую изнасиловали трое подонков?

– Нет, ну разве такое можно рассказывать, – смутилась женщина. – Это же врачебная тайна, это личная жизнь девочки, а у нее и так травма.

– Ты говорила, – всхлипнув, возразила Софья Николаевна. – Мы с тобой еще тогда коньяк пили. С твоими конфетами.

– Но я же не так прямо говорила, что вот ее имя, фамилия, – нахмурилась Петровская и беспокойно посмотрела на сыщиков: – Я вообще говорила, что полное падение нравов, что насилуют уже просто на улицах, что порядочной девушке одной по улице ходить опасно.

Я просто говорила. Ну, и то, что ко мне пришла за помощью такая девушка.

– Стоп! – поднял руку Лев и повернулся к Гончаренко: – Софья Николаевна, сколько парней насиловали эту девушку, о которой упомянула в разговоре Алла Валерьевна?

– Она про троих говорила. В этом и весь ужас.