И их заинтересованность в моей персоне стала для вас возможностью водить данных товарищей, используя меня в качестве приманки. Как обычно, в любых важных делах оперативным мальчикам не хватает оперативного времени. Я уверена, что ты знаешь весь расклад и видишь всю ситуацию, а не как я — упершаяся только в вопросы и недоумения! Вы бегаете за человеком, он гоняется за мной, а ты, таская меня черт-те где, ведешь братков на веревочке, давая коллегам время что-то выяснить. Мы же на станции две электрички пропустили не просто так, а чтобы нас заметили и уяснили, что мы возвращаемся в Москву! И что дальше, Гуров? Сколько еще времени ты будешь таскать меня туда-сюда?
— День, может, два, — спокойно отозвался он.
— Значит, я права!
Он кивнул, не уточняя, в чем именно из высказанных предположений она права.
— Тогда давай, Гуров, открой душу, поделись информацией, объясни мне, что происходит, в конце концов!
— Рано пока, Саш, еще ничего не происходит. Я расскажу, потом, когда все прояснится, обещаю!
— Значит, не расскажешь, что за дела такие вокруг!
— Сань, я тебе встречное предложение несколько раз делал — расскажи! Может, ты созрела? А?
— Да нечего мне рассказывать! — вспыхнула Сашка стогом сена от прямого попадания молнии.
Так зашипела, что обернулись редкие в это время дня пассажиры в вагоне.
— Ой, да не втирай, Александра Владимировна! — остудил ее возмущение Иван, заводясь ответно и сам. — Ты уже продемонстрировала, что у тебя мозги на уровне международного интеллекта работают, не скрипя! Значит, уже надумала, кому и что от тебя могло понадобиться, и масштабы заинтересованности оценила — уж всяко не твоя недвижимость и фирма! Изначально поняла, что это по-другому делается! И поняла, что им нужна ты, лично, в целости и сохранности.
При всей твоей красоте небывалой, уж извини, не для личного мужского пользования! Да все ты это давно прощелкала! И я сто пудов уверен, что вычислила, может, не кому конкретно, но для чего ты нужна! И нечего на меня ножкой топать, пылая праведным гневом, начни с себя! «Доктор, исцели себя сам!» Давай, поведай, что надумала!
— Убегу я от тебя, Гуров, — пообещала Сашка, вздохнув, — от тебя и от них, устала я от вас ото всех!
— Куда? — возмутился ее упрямством Иван.
— В Замбези? В Папуа — Новую Гвинею?
— «Злые вы, уйду я от вас!» — процитировала Сашка классиков.
Но от предложения очистить совесть правдивым рассказом отказалась. Иван оценил плавность ухода от прямых вопросов.
