И в этот момент, когда он дернул ее со стула, она абсолютно точно, с ясностью прозрачной небесной синевы, поняла, что ему от нее что-то надо! И оказался он там, на дороге, не просто так, и ввязался в эту историю не потешить свое рыцарское благородство, не порисоваться перед самим собой, и уж тем более не в расчете на какой-то возможный благодарный секс, замешенный на адреналине и все том же мужском самолюбовании! Нет!
Нет, был у него какой-то свой интерес ко всей этой завертевшейся карусели и к ней, Александре Романовой.
Она осознала это мгновенно, как будто водки стакан махнула, приняв со всей ее горечью просветление ума.
И сразу все изменилось внутри нее, и вопросов стало больше, чем было до сих пор, и на него она посмотрела совсем по-другому, и разглядела иного, не такого, которого видела до сих пор.
«Ладно, — решила Санька. — В данный момент надо сбежать от более реальной угрозы! Хотя, может, он и есть самая реальная угроза? Но с этим я потом разберусь!»"
"Она не будет сейчас даже предполагать, для каких целей и интересов она ему понадобилась! Повинуясь тянущей за собой сильной руке — через зал, лавируя между столиками, он на ходу отдал деньги официанту, что-то у него спросил и потащил ее дальше — через кухню, к черному ходу и на улицу.
Саша бежала за ним и пыталась расставить все по порядку в голове, как могла.
«Первое, надо где-то отсидеться! Второе, постараться понять, что к чему и какие шаги предпринять! Третье… А что у меня третье? А, потом! Давай, Александра, осуществи пункт первый, добавив к нему хоть немного сна!»
Ей бы только передохнуть немного, и она начнет соображать, а с тобой, Гуров Иван Федорович…
Посмотрим.
Что ж ты за гриб такой, который, как известно, не растение и не животное?
И что бы это значило?
Каким образом самая простецкая, банальная операция вдруг вышла из-под контроля? Он ругал себя — который уже раз! — не надо было нанимать этих полудурков!
Кретины!
Захотелось им еще и машину прихватить!
О господи!
Без этой Романовой весь его план, все, что он так долго, тщательно — годами! — строил, летит к черту!
Он налил себе еще порцию виски и выпил одним большим глотком, не почувствовав вкуса.
Размахнувшись, со всей силы запустил пустой бокал в стену, уступив клокочущей ярости внутри.
