Первое платье - архитектурный зеленый номер с асимметричными горошинами, спрятанными в складках юбки. С моими волосами люди всегда предпочитают зеленый цвет. И это прекрасно, особенно потому, что они того же оттенка морской волны, что и мои глаза. Но...
“Это съедает тебя заживо”, - говорит Селеста, склонив голову набок и изучая меня в зеркале.
“Верно? Если бы я была на фут выше, может быть. ” Я поворачиваюсь, оглядывая себя через плечо, чтобы увидеть спину. “Не уверен, что невысокие люди могут так эффектно выглядеть”.
Мори все еще оценивает, тянет и заправляет, когда на диване рядом с Селестой звонит мой телефон. Она видит на экране папу и протягивает его мне. Его лицо всплывает, когда я отвечаю на звонок FaceTime.
-Что ты думаешь? - Спрашиваю я, поднимая телефон, чтобы показать ему платье. “Первый”.
“Тебе всегда идет зеленый цвет”, - отвечает он, очевидно, на заднем дворике нашего дома у костра. “Я вижу, ты неплохо нашел это место”.
“Это великолепно, папа. Спасибо тебе”.
-Спасибо, папа, - зовет Селеста.
Я оборачиваюсь, чтобы она помахала рукой в камеру.
“Кто это с тобой? Это один из соседей по комнате?”
Мне вдруг приходит в голову действительно глупая идея. Один из тех внезапных инстинктов, которые берут верх над моим здравым смыслом и завладевают моим ртом до тех пор, пока я не превращаюсь в беспомощного стороннего наблюдателя, запертого в собственном теле.
-Передай привет Джейми, папа.
Глаза Селесты поднимаются на меня в встревоженном замешательстве. Затем, как осмос, до нее доходит.
Это подлая уловка, втягивающая ее в мою паутину лжи. Мне становится стыдно за себя, как только начинается заговор.
-Сью отлично позаботится о тебе, - обещает папа, когда я передаю телефон Селесте, чтобы надеть следующее платье.
-Откуда ты ее знаешь? - Спрашивает Селеста.
Он хихикает. “ Забавная история. Я когда-нибудь рассказывал тебе эту историю, Эбби?"
"Три пары рук теребят меня, натягивая это платье. - Я так не думаю.
“Это было во время пожара в Гибсоне. Вечеринка Грэмми какого-то руководителя Sony Music в Малибу.
Я был примерно вашего возраста”, - говорит он нам. “В тот вечер я забрал домой три награды и чувствовал себя совершенно непобедимым. Дом до отказа заполнен рок-звездами, костюмами и полуобнаженными женщинами. Музыка такая громкая, что нас, наверное, услышали бы в Ван-Найсе. Затем внезапно раздаются крики, достаточно громкие, чтобы заглушить музыку. Люди перестают озираться по сторонам и бесцельно бегут к дверям. Ныряют в окна.
