Ей тяжело давалось общение с людьми, так что она сама удивлялась, как ее угораздило стать психотерапевтом.
Вопреки всему, эта черта нисколько не мешала, а наоборот, помогала в работе. Ведь хороший врач, занимаясь групповой психотерапией, должен неустанно наблюдать за лечебным процессом и направлять его в нужное русло, оставаясь в тени.
У Марианы это прекрасно получалось.
Во время групповых сеансов она старалась не привлекать к себе внимания и брала на себя инициативу, только если надо было что-то объяснить, поддержать угасающий разговор или разрешить конфликт.
В тот четверг между пациентами почти сразу вспыхнула ссора, потребовавшая вмешательства Марианы. А виноват был, как всегда, Генри.
3
Генри Бут явился позже остальных. Красный и запыхавшийся, он к тому же нетвердо держался на ногах. Мариана не удивилась бы, узнав, что он под кайфом или вообще злоупотребляет прописанными ему наркотическими и психотропными препаратами.
Генри выглядел старше своих тридцати пяти лет. В рыжеватых волосах проблескивала седина, а вечно хмурое морщинистое лицо казалось таким же мятым, как и рубашка.
Постоянно напряженный, словно натянутая струна, он напоминал Мариане бойца или боксера, в любой момент готового ответить ударом на удар.
Коротко и неохотно извинившись за опоздание, Генри сел на стул, держа в руках картонный стаканчик с кофе.
Вот этот-то стаканчик и стал яблоком раздора.
Семидесятилетняя Лиз не замедлила высказаться. В прошлом школьная учительница, она была глубоко убеждена, что все надо делать, по ее собственному выражению, «как подобает».
Мариана, которую Лиз утомляла и даже раздражала, сразу догадалась, о чем пойдет речь.
— Это запрещено! — Лиз дрожащим от негодования пальцем указала на стаканчик с кофе. — Всем известно, что нельзя ничего приносить с собой на сеансы.
— Почему нельзя? — буркнул Генри.
— По правилам!
— Отвали, Лиз.
— Что?! Мариана, вы слышали, как он мне нагрубил? — И Лиз расплакалась.
Их размолвка быстро переросла в открытое противостояние между Генри и остальными членами группы.
Все, объединившись, выступили против него.
Мариана внимательно следила за тем, как Генри реагирует на происходящее, готовая при необходимости прийти ему на помощь. При всей своей браваде он был глубоко уязвимым, ранимым человеком. В детстве Генри страдал от жестокого насилия и чудовищных издевательств со стороны отца, которого в итоге лишили родительских прав. После этого ребенка несколько раз перемещали из одной приемной семьи в другую.
