Сам носил сорок пятый, и эти черные «Nike» ему явно были бы велики.
Видимо, девушка не врала, когда сказала, что о ней есть кому позаботиться.
– Валерия, – Демьян даже не подумал убавить громкость, – это вообще мой ребенок?!
– Какой ребенок? – раздался зычный бас из коридора.
Очень скоро в пусть и просторной прихожей стало категорически тесно. Уж очень огромен оказался Лерин гость. Ростом не меньше двух метров, в ширь, кажется, столько же. Его короткие волосы почти совсем поседели, зато усы не утратили былой морковно-рыжей яркости.
Черты лица крупные, но каким-то мифическим образом напоминают… Леру! Если девушке добавить килограмм сто веса и полметра роста, а заодно приклеить усы, сходство будет удивительным. Похоже, Демьян зря начал ревновать.
– Валерия, какой ребенок?! – снова пробасил мужчина.
Девушка сгорбилась у двери, шлепнув себя ладонью по лбу.
– Вот кто тебя за язык тянул? – тихо проворчала она Демьяну.
– Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – начал приобретать помидорный окрас мужчина.
«Видимо, краснеть – это у них семейное», – подметил Демьян.
– Ты постарался? – тем временем бушевал мужчина.
– Я, – ни капли не смущаясь и не пытаясь отступить, заявил Демьян.
– Сейчас начнется… – послышался у его плеча обреченный голос Леры.
Действительно началось. Седеющий рыжий великан задышал со скоростью десять вздохов в секунду и принялся изрыгать грозные крики весьма любопытного содержания.
Оказалось, он заранее знал, что так и будет. Теперь ему понятно, отчего Валерия не хочет знакомиться с таким отличным женихом, которого родители для нее нашли.
И вообще на какой черт он отпустил родную кровиночку жить в Краснодар вдали от семьи, от поддержки. Ясно же, что невинное дитя легко обмануть, втереться в доверие. Жизни она не знает, выйдет замуж за кого ни попадя, а ему потом принимай всяких оглоедов в семью…
Великан еще много чего кричал. Изъяснялся, конечно, не литературными выражениями, а по-простому, по-народному, мастерски ввинчивая в речь крепкие матерные словечки, хорошо хоть не в адрес дочери.
Демьян закрыл Леру собой, скрестил руки на груди и молча уставился на мужчину. Со скандалистами только так – подождать, пока наорутся, а потом спокойным тоном уже ставить на место. Если словами на место поставить не получится, у Демьяна есть другие аргументы. Действовать силой, конечно, не хотелось. Все-таки Лерин отец.
Демьян краем глаза заметил, как отцовский ор влияет на Леру.
