– Хорошо спрятался, – подметил тот, когда Громов открыл перед ним дверь в один из подвалов.
Заброшенный дом, понятное дело, не отапливался, и из каждого угла здесь веяло холодом. В комнате пять на пять метров прямо на бетонный пол положили старую картонку, на ней и сидел на коленях Евгений Клячкин. Руки его были стянуты спереди пластиковыми наручниками. Он показательно стучал зубами и кутался в пуховик, как будто Миранович был в принципе способен его пожалеть. Недаром в стражи к предполагаемому маньяку был выбран именно он.
Для себя Борис припас походный стул. Попивал из термоса исходящий ароматным паром чай и полностью игнорировал пленника.
– Спасите, помогите! – принялся верещать Крыс, заметив в своей темнице новое лицо.
Попытался приподняться, но здоровая рука Бориса тут же опустила его назад.
– Сказано, сиди смирно!
Поляков сморщился при виде этой сцены.
– Еще и детективов своих втянул! – бросил он Демьяну сквозь зубы.
– Каких детективов, товарищ полковник? – почти искренне изумился Громов.
– Здесь же кроме Клячкина, меня да вас никого! Вы присмотритесь получше!
Полковник с видимым старанием еще раз осмотрел помещение.
– Надо же, и правда… больше никого! Показалось, наверное…
После этой фразы Полякова Миранович изрядно повеселел, а вот Клячкин, наоборот, сник.
– Так и молчит? – спросил Демьян Бориса, кивнув головой в сторону Крыса.
– Ага, – подтвердил тот.
– Вы б хоть подушку ему дали что ли, или стул какой, люди ведь…
Миранович скрипнул зубами.
– Он своей жертве ничего такого не предложил, и мы ему не предложим.
– Понятно, – кивнул Поляков. – А жертва где?
Демьян повел полковника в соседнее помещение. Там света было значительно больше, на полу разместили сразу три мощных фонаря. Народу тоже было больше, как и принесенного инвентаря: походный стол, несколько стульев, на столе два термоса с чаем, пакеты из блинной – единственного кафе быстрого питания, что располагалось неподалеку отсюда. На пластиковой тарелке несколько уже разрезанных блинов с разными начинками, салат, вареная картошка с салом и зеленью.
Вся эта снедь выглядела в холодном мрачном подвале как-то нелепо, наигранно.
Маленькая женщина сидела в самом углу, словно загнанная мышь. Куталась в плед, смотрела на вновь прибывших затравленным взглядом.
Кроме нее возле стола расселись Роберт с Беркутом.
– Доброго времени суток! – привстали при виде полковника парни.
Предложили стул.
– К чему банкет? – спросил полковник, пожав ребятам руки.
