Диагноз: влюблен, или Сладкое лекарство для доктора Зарецкого

Потом уволок меня и так же резко отчитал, вопрошая, когда же я уже перестану прятать голову в песок. О чем он, я так и не поняла. А сейчас вон пришел с извинениями.

– Ладыгин, ну тот, что на вас орал в коридоре, просил передать свои извинения и сообщил, что неплохо бы иметь побольше таких сотрудников, – сообщил он неожиданное известие.

– Вы серьезно или опять издеваетесь? – решила переспросить и тут же пожалела.

– Опять? Дарья, я ни одного дня над вами не издевался. Вы действительно так считаете?

Вот и все, моя храбрость куда-то бесследно испарилась.

– Конечно, нет, Дмитрий Сергеевич. Простите, – промямлила как всегда.

– Ооо! Когда же это кончится? – внезапно зарычал он, поднимая кверху руки.

Не знаю, о чем он, но хочется, чтоб кончилось прямо сейчас. Поэтому постаралась сбежать, обходя бочком, пока его красивые глаза закрыты.

Не успела. Открыл, когда я уже почти проскользнула мимо.

Кролик перед удавом? Да, наверное.

Всего на секунду мелькнула мысль, что он сейчас прижмет меня всем телом к стене, а потом развернет к себе спиной и повторит то, что делал в ординаторской с Ольгой Александровной.

По телу расползлась приятная истома, стоило только это представить. Ноги едва не подкосились, руки затряслись, а взгляд заволокло.

Его кулак впечатался в стену.

– Дарья! Ооо! Лучше вам сейчас же уйти.

Я не стала спорить. Опрометью бросилась к выходу, от пульса в ушах не слыша, что он еще говорит. Мне и самой надо бежать от него, от тех, чувств, что рождаются рядом с ним. Потому что мама была права – я озабоченная тварь.

Выскочила в коридор и столкнулась с Ольгой Александровной. На ее немой вопрос резко покачала головой и прошла мимо. А она вошла туда, где остался Дима.

Мое желание сбежать резко пропало. В груди вспыхнуло горячее пламя, обжигая внутренности. А если он сейчас сделает это самое с ней? То, о чем я только что мечтала.

Я резко остановилась.

Нет, они не посмеют! Ведь нет же? Или закроются? Вряд ли данное действие займет много времени. Рванула назад и дернула ручку, ожидая, что кабинет уже заперт, дверь распахнулась, и я валилась внутрь, вызвав на их лицах небывалое изумление.

Мне стало стыдно, как никогда. Даже хуже, чем в тот раз. Щеки вспыхнули. Надо бежать! Но тогда и они догадаются, зачем я ворвалась.