К нам подсел Геннадий Павлович и еще один доктор из нашего же отделения. Вот эти двое взяли на себя ухаживания за Ольгой, и я их прекрасно понимаю, она великолепна! Такая элегантная, стильная, недоступная. А Дима и Тим с какого-то перепугу оба занялись мной, что невероятно смущало. Правда, чуть меньше, чем мужское бедро под столом, непрерывно касающееся моей левой ноги. Оно по-настоящему лишало способности мыслить трезво.
После третьего или четвертого тоста, залитого каждый раз целым бокалом шампанского, я уже плыла и непроизвольно стремилась к этому теплу.
Наши ноги творили что-то, не зависимо от нас самих. Я утонула в ощущении нереальности.
Его сдержанные ухаживания, прохладное «Дарья», и горячее бедро вплотную к моему. Наверное, я пьяна — путаюсь в мыслях и мечтах.
Не могу думать ни о чем другом. Ни о ведущем, ни о поздравлениях начальства, ни о недоуменных взглядах Ольги Александровны, и еще меньше о Тиме, что ухаживает нежно, сопровождая действия бархатными «Дашенька», да «Дашуля», но мне не хочется ни капли сдвинуться в его сторону, чтобы ощутить его тепло.
— Ты сегодня на редкость молчалива, — сообщил мне на ухо. Ну и как ему объяснить, что со мной? Опустила глаза в тарелку. Но наткнулась на руки Димы, и в груди полыхнуло жаром, отдавая куда-то вниз стремительной волной. Такие красивые кисти, с длинными пальцами, очень умелыми пальцами, которые умели делать как безумно сложные нейрохирургические операции, так и… я покраснела, вспоминая, что они делали со мной.
— Даша, о чем задумалась, детка? Скажи, что обо мне.
Голос Тима привел в чувство, и я поняла, что от диких ощущений внутри часто дышу, привлекая излишнее внимание хоть и к скромному декольте, но на моей немаленькой груди весьма впечатляющему.
Глянула на Тима и до жути захотелось треснуть ему чем-нибудь по голове. Его поведение здесь, на людях, меня безумно раздражало. Просто, занятая более интимными мыслями о втором соседе, я не сразу сообразила, что происходит.
Он действительно изменился при своих друзьях или я просто раньше что-то упускала из виду? Однако никак не пойму, что именно не так.
Интуитивно чувствую, а оформить в ясную мысль не получается.
Между тем официальная часть мероприятия подходила к концу, и ведущие все ближе подводили собравшихся к более неформальному общению. Настроение вокруг повышалось вместе с градусом выпитого. А меня уже можно было выносить. Какого фига так надралась? Жара. Во всем виновата жара. Уверена, стоит только встать, ноги сразу ослабнут.
