Дьявол. Ставка на любовь (СИ)

— Долго ещё ехать? — выдавливаю смущённо.

— Нет, — коротко отвечает Макс.

Спустя минуту он останавливает машину возле ресторана, и на меня обрушивается невыносимое чувство вины.

Митронин хотел сделать мне приятное. Планировал отметить день рождения в ресторане. А я мало того, что испортила вечер, так ещё и постороннего парня с собой притащила.

Нервно кусаю губы, не решаясь выйти. Отблеск света от пафосных хрустальных люстр режет глаза даже через панорамные окна.

Смотрю на своё мятое платье и вспоминаю, что на голове «гнездо».

Достаю телефон и под пристальным взглядом бойца набираю Ванин телефон.

— Выйди, пожалуйста. Я снаружи, — прошу расстроенным голосом.

И уже через несколько секунд Митронин показывается на крыльце парадного входа.

На нём строгая рубашка, брюки со стрелочками. Туфли начищены до блеска.

— Что с тобой случилось? — ошарашено смотрит на меня, когда выбираюсь из машины и бегу к нему.

А я даже ответить ничего не могу. Всхлипываю, врезаясь в его тело, и реву.

Присутствие близкого человека обостряет все чувства. Только сейчас по-настоящему осознаю опасность, которая мне угрожала. И чем всё могло закончиться.

Но теперь всё хорошо, Ваня рядом.

И плевать, что он не приехал за мной. В стрессовой ситуации никто не застрахован от ошибок.

— Отвези меня домой, — сиплю. — Пожалуйста.

— Сейчас. Только счёт оплачу, — отстраняется и виновато потирает затылок. — Я так есть хотел, что не удержался и заказал ужин. Подождёшь пару минут, ладно?

Растеряно киваю, наблюдая, как он уходит обратно в заведение.

Обнимаю себя за плечи, представляя, как Митронин спокойно уплетает еду, зная, что я нахожусь в опасном окружении. И оправдать это не получается.

Сглотнув горький ком, вытираю мокрые щёки. Спускаюсь с лестницы и иду по пешеходной дорожке, прибавляя шаг.

Не оборачиваюсь, оставляя позади пафосный ресторан, Митронина и Макса в черном джипе на парковке.

Вот тебе и день рождения, Вика.

Яркий. Запоминающийся. Всё, как ты хотела.

От обиды в глазах вскипают слёзы, но я их сдерживаю, не позволяя себе окончательно расклеиться.

Общественный транспорт уже не ходит, остаётся такси.

Конечно, можно было бы позвонить папе — он быстро за мной примчится, — но расстраивать единственного родного человека я не хочу. И объяснять, почему я оказалась одна посреди ночного города, — тоже не хочу.

Отец и так чересчур меня опекает.