Дьявол весной

Опёршись одной рукой об оконную нишу, Габриэль вглядывался в тихую улицу снаружи, барабаня пальцами по деревянной обшивке.

— Я доверяю твоим инстинктам, — наконец, сказал он. — Ты слишком хорошо знаком с неприятностями и можешь разглядеть, когда они только назревают. Но полиция отмахнётся от предположений из-за отсутствия убедительных доказательств. И я не знаю ни одного детектива во всём отделении, который не был бы продажным или идиотом.

— Я знаю, с кем поговорить.

— Ему не нравится, когда упоминают его имя.

Он говорит, что большинство лондонских детективов слишком хорошо известны своей внешностью и привычками, чтобы быть полезными. Скоро они проведут зачистку отдела и создадут специальное подразделение. Это секрет, между прочим.

Габриэль приподнял брови.

— Откуда ты всё это знаешь, а я нет?

— В последнее время вы много отсутствовали, — сказал Драко. — Свадьба и тому подобное.

Губы Габриэля растянулись в улыбке.

— Поговори со своим знакомым, как можно скорее.

— И ещё один момент. — Габриэль заколебался, практически боясь услышать ответ на свой вопрос.

 — У тебя возникали трудности с леди Сент-Винсент? Она не спорила и не пыталась увиливать?

— Нет, милорд, — ответил прозаично Драко. — Она — молоток.

— О, — удивился Габриэль. — Хорошо.

Он отправился наверх на поиски жены, размышляя над высказыванием. На жаргоне лондонских улиц назвать кого-то молотком, означало наивысшую похвалу, которая использовалась только в отношении исключительно верных и добросердечных мужчин. Габриэль никогда не слышал, чтобы Драко делал кому-то такой комплимент.

На самом деле, до сего момента он никогда не слышал, чтобы женщину так называли.

Голос Пандоры доносился со стороны её спальни, где она переодевалась и укладывала волосы. По его настоянию, каждую ночь она проводила в его постели. Сначала Пандора высказала несколько нерешительных возражений, указав на то, что она беспокойно спит, и это оказалось правдой. Однако всякий раз, когда она будила его, толкаясь и ворочаясь, он решал их общую проблему, занимаясь с ней любовью до тех пор, пока Пандора не засыпала без сил.

Приблизившись к комнате, Габриэль с улыбкой остановился, услышав, как Ида читает лекцию об утончённых леди, видимо, вдохновившись статьёй в журнале.

— … Леди не должны носиться из комнаты в комнату, пытаясь помочь людям, — увещевала горничная. — В статье говорится, что вы должны откинуться на шезлонге, олицетворяя хрупкость и болезненность, и заставлять людей вам помогать.