А так я тридцать суток отсидел на казенных харчах, поработал там на благо Родины, а Мурза тем временем небось и думать уже про меня забыл, – пьяно захихикал он.
– Вы же сказали, что вас на пятнадцать суток забрали, а сейчас говорите, что тридцать отсидели? – не поняла Валерия.
– А я еще пятнадцать заработал, прям там, не выходя из камеры, – снова захихикал алкаш. – Дежурному менту под ноги плюнул и на ботинок попал. А что он обзывается? Я, может, и алкоголик, но русский человек, советский гражданин, а не какой-нибудь там… – витиевато помахал рукой в воздухе Трушин.
– Российский гражданин, – по инерции поправила Лера. – Ну, и что же дальше? – спросила она."
"– А что дальше? Дальше ничего. Вот только вчера утром меня отпустили, я с радости и напился до чертей в голове. К соседу своему пошел, а он как раз пенсию по инвалидности получил. Мы с ним весь день, а потом и всю ночь пили, мое освобождение праздновали. Утром проснулся, думал, сдохну, еле-еле до своей квартиры дотащился. Пять минут всего прошло, как вошел, а тут и ты на мою больную головушку, прям как ангел с небес свалилась, – заулыбался Трушин, обнажая почти беззубый рот.
– Значит, Витек к вам тех людей привел? – переспросила Лера.
– Ну да, Витек, – согласился Трушин. – Только не людей, а человеков, то есть человека, мужика, в общем, одного.
– Как он выглядел, тот человек? – с интересом спросила детектив.
– А хрен его знает? – пожал алкоголик плечами. – Обыкновенно… кажется.
– Ну, какой он, молодой или старый, это хоть можете сказать?
– Молодой… вроде, – снова задумался Трушин.
– Не помню я, не разобрал, он в больших таких очках был, черных… с усами.
– Что с усами? – округлила Лера глаза. – Очки с усами?
– Да нет, – сморщился алкоголик. – Мужик с усами. О, вспомнил! – радостно сообщил он. – Тот мужик в плаще был, длинный такой кожаный плащ, а еще в перчатках, тоже черных.
– Не очень-то много, – вздохнула Валерия. – И он пришел к вам вместе с Витьком?
– Не-е-е, Витек до этого ко мне пришел, водку принес, а когда выпили, разговор и затеял.
Потом, когда я согласился, он сказал, чтобы я никуда из дома не уходил, потому что тот человек ко мне придет, а сам ушел. Прошло совсем немного времени, может, полчаса, гляжу, пришел тот мужик в очках и плаще. Снова бутылку на стол поставил, говорил что-то, я снова выпил, а вот что дальше было, я уже не очень помню.
– А как бумаги подписывали, помните?
– Вроде подписывал, – неуверенно ответил Трушин. – Но точно не могу сказать.
