Дикая

Хотелось выбросить все, но она благоразумно принялась перебирать органы, оставляя то, что годилось в пищу. Остальное было сгружено на недавно снятую шкуру."

"Выбираться из пещеры ночью было опасно. Елена Николаевна решила далеко не отходить. Хищники в любом случае все быстро растащат, не оставив ни следа. Правда, они могли запомнить место и прийти еще раз, чтобы проверить.

Немного поколебавшись, она решила не сваливать все прямо у порога.

Отодвинув дверь, Елена Николаевна отшатнулась, получив горсть снега в лицо.

Она сразу засуетилась. Существовала вероятность, что ночью разразится сильный буран, который скроет внутренности под толстым слоем снега.

Подхватив концы шкуры, Елена Николаевна бодро потащила ее к выходу. По сравнению со всей тушей внутренности весили совсем мало.

Дверь за собой она прикрыла, опасаясь, что волчонок, не показавший за весь вечер и носа из убежища, выползет на улицу.

Торопясь, Елена Николаевна бодро зашагала прочь от пещеры, ощущая тревогу.

Когда-то давно, когда она была еще маленькой, а дедушка с бабушкой живы, Елена Николаевна проводила много времени с ними в деревне.

Удобства в деревенском доме находились на улице, поэтому если кто-то просыпался среди ночи, то ему приходилось пересекать весь двор, чтобы добраться до нужного строения.

Арбузы были коварными. Маленькая Елена очень их любила, только не нравилось, что потом приходилось вставать даже ночью.

Она до сих пор помнила, как бегала по ночному двору, от ужаса ускоряясь, потому что ей казалось, что в темноте таились страшные чудовища, которые очень любили гоняться за ней. Правда, никогда не догоняли, но это не мешало Елене Николаевне бояться их.

Это было одно из самых ярких воспоминаний детства. К сожалению, после взросления страх перед темнотой так до конца и не прошел.

А сейчас, когда она знала, что вокруг действительно могли скрываться хищники, все внутри практически переворачивалось от липкого ужаса.

То, что наблюдение ей не кажется, стало понятно очень быстро. Темнота была чернильной, но новые глаза Елены Николаевны все равно заметили темный силуэт, скользнувший между камней неподалеку.

Она резко остановилась. Тело прошила дрожь. Казалось, в кровь плеснули кипятка. Волоски на коже поднялись дыбом. Вся ее сущность в одно мгновение пришла в готовность.